Книга Темный Лорд Устал. Книга X, страница 15 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

— Будет исполнено. Каков статус гостей?

— Они считают себя наемными палачами, — без тени эмоций ответил князь. — Так что пусть идут на Стену Воронова и пусть их хваленые алгоритмы разобьются под ней же. Когда эти они вцепятся друг другу в глотки и сожрут друг друга, мы начнем действовать. Я заберу их технологии и навсегда закрою границу.

Северцев коротко кивнул. Сорок лет службы клану научили его понимать стратегию хозяина с полуслова. Враги приходили и уходили, а Долгорукие всегда оставались стоять на их костях.

— А что со Смитом? — коротко уточнил гвардеец.

— Эмиссар уверен, что купил суверенитет Империи за право использовать свои инструменты, — голос Долгорукого был холоднее льда. — Очередной функционер, переоценивший свой капитал. Когда придет время, он осознает свою ошибку, хотя уже будет поздно. Действуй.

Он бесшумно исчез в тенях.

Долгорукий оставил терминал и подошел к огромному окну.

Внизу, скрытая утренней дымкой, тяжело дышала Столица. Горели миллионы тусклых огней — сорок миллионов жизней жаждали спасения.

Это был его город, его страна и… его ответственность.

Старый стратег смотрел на огни Столицы, абсолютно уверенный, что управляет ходом истории.

Отражение в стекле смотрело на князя глазами человека, выигравшего партию.

Орлов

Орлов стоял на краю глубокого котлована, опираясь на трость с серебряным набалдашником, которую ему пришлось последнее носить с собой. Внизу кипел муравейник, наполненный гулом погрузчиков, грохотом инструмента и слепящими вспышками плазменных резаков. Огромные полимерные фермы вырастали из изрытой земли с пугающей скоростью.

В отличии от Империи здесь строили по-настоящему, а не осваивали бюджеты. Работа ради прогресса, а не для показухи. В Эдеме вбивали сваи, чтобы водрузить на них будущее.

Орлов смотрел на это с профессиональной завистью. Они строили завод по переработке сои. Сейчас здесь была только грязь по колено и пыль от строительных смесей, но вскоре эти цеха обрастут стенами, встанут чистые линии, и отсюда пойдет продукция, которая накормит половину империи.

Его взгляд сместился к разгрузочному терминалу у нулевого сектора.

Александр Малинин, двадцать третий в своей династии, бывший Император, надрывался у грузовой платформы. Он перебрасывал пятидесятикилограммовые мешки с сухим силикатным связующим из кузова на поддон. Руки парня в рабочих перчатках дрожали от перенапряжения. Роба стояла колом от засохшей грязи и пота, а лицо приобрело землистый оттенок, говорящий о близости физического предела.

Мальчик работал молча. Грыз губы, спотыкался, но не бросал мешки. Это было хорошим знаком.

Орлов начал спуск по металлической лестнице. Рабочие не исполняли перед ним ритуальных реверансов — в Эдеме статус определялся исключительно функцией. Но старик умел носить власть как сшитый на заказ костюм, и люди инстинктивно расступались перед ним.

Александр как раз опустил очередной мешок, когда заметил премьера. Бывший монарх выпрямился, тяжело дыша, и вытер лоб грязным рукавом. В его глазах не было надежды на поблажку — только злая усталость человека, сброшенного с вершины пищевой цепи на самое дно.

— Виктор Петрович, — голос бывшего Императора сорвался на хрип. Он откашлялся, сплюнув пыль. — Объясните мне смысл этого фарса.