Книга Шеф с системой в новом мире, страница 96 – Тимофей Афаэль

Сначала я почувствовал укол тревоги. Показатели упали! Но тут же мой взгляд зацепился за новую строчку, которая появилась в самом низу, под списком негативных эффектов. Она светилась не красным, а мягким, пульсирующим зеленым цветом.

Временный статус: [Мышечная Стимуляция (активно, 2 часа)]

Я тут же понял — это не ослабление. Это та самая мышечная усталость, которая предшествует росту. Тело получило правильный стресс, и теперь оно было готово не просто восстанавливаться, а становиться сильнее. Оно было как вспаханная земля, готовая принять семена.

В этот самый момент вернулся Борислав. В руках он нес деревянную кружку, от которой шел легкий пар. Это была вторая часть моего плана — восстанавливающий напиток, который я приготовил заранее.

Я взял кружку и протянул ее княжичу.

— Пейте, княжич. Медленно.

Это была простая смесь из свежего молока, ложки меда для быстрой энергии и горсти мелко растертых лесных орехов, богатых белком и жирами. Ярослав, не задавая вопросов, с жадностью начал пить.

Как только он сделал первый глоток, мой мир снова взорвался уведомлением. На этот раз оно было не голубым, а ослепительно-золотым, как самое первое, полученное за бульон.

[Синергия! Употребление блюда с эффектом [Рост Мышечной Ткани] во время действия статуса [Мышечная Стимуляция] удваивает эффективность роста!]

Я замер, пораженный в самое сердце и перечитал строчку трижды, не веря своим глазам. Удваивает… на двести процентов!

В моей голове, в памяти Алекса Волкова, вспыхнул почти забытый термин из мира фитнеса и бодибилдинга. «Анаболическое окно». Короткий период после интенсивной тренировки, когда организм с максимальной эффективностью усваивает белки и углеводы, направляя их прямиком на восстановление и рост мышц.

То, что в моем мире было научной теорией, предметом споров диетологов, здесь, в этой реальности, оказалось незыблемым законом, прописанным в самой ткани мира! Система не просто давала мне рецепты, она открывала мне базовые принципы работы этой вселенной. Это знание было ценнее любого золота.

Я посмотрел на Ярослава, который с наслаждением допивал напиток, и в моих глазах, должно быть, горел огонь безумного ученого, совершившего эпохальное открытие.

— Княжич, я понял! — выпалил я, не в силах сдержать эмоции. — Я понял, как мы сделаем это!

Он с удивлением посмотрел на меня, вытирая губы тыльной стороной ладони.

— Еда сразу после правильной нагрузки работает не просто сильнее, а вдвое сильнее! — я говорил быстро. — Каждое упражнение, которое мы делаем, — это не просто работа, а подготовка. Ваше тело сейчас как разогретая кузница, оно готово ковать новый металл! И пища, которую я даю вам в этот момент, — это и есть тот самый металл. Мы не будем ждать. Мы будем ковать вашу силу каждый день.

Ярослав слушал меня, и его лицо менялось. Он видел мой азарт, абсолютную уверенность и он сам почувствовал это. Чувствовал, как питательный, сладкий напиток не просто утоляет жажду, а вливается в его уставшие, гудящие мышцы, как живительный дождь в сухую землю.

Он медленно опустил пустую кружку. Посмотрел на свои руки, сжал и разжал кулаки. В его взгляде больше не было ни капли сомнения. Лишь стальная решимость воина, которому наконец-то показали путь к победе.

— Тогда — куй, повар, — сказал он тихо, но его голос прозвучал как удар меча о щит. — Куй, пока железо горячо.