Книга Шеф с системой. Битва на Ярмарке, страница 112 – Тимофей Афаэль

— Правда, что с Белозёровым воюешь⁈

— Гильдия не помешает⁈

Я снова поднял руку. Толпа затихла.

— Начнём, как только куплю здание и осмотрю его. Платить буду справедливо — по работе. Кто работает хорошо, получает больше. Возьму всех, кто умеет работать — хоть слобожан, хоть посадских. Мне всё равно, откуда ты. Главное — чтоб руки золотые были.

Я сделал паузу, посмотрел на них серьёзно:

— С Белозёровым я действительно воюю. Гильдия может попытаться помешать, но я не отступлю и если вы со мной — я не дам вас в обиду.

Толпа замолчала на секунду. Потом кто-то выкрикнул:

— Мы с тобой, мастер!

— Мы за тебя горой!

— Ты Гильдию умыл, ты наш!

Иван-плотник наклонился ближе, сказал тихо, чтобы слышал только я:

— Мастер, мы не забулдыги какие ты не подумай. Мы мастера. Просто жизнь нас придавила. Дай шанс — не подведём.

Я посмотрел ему в глаза и кивнул:

— Верю.

Толпа начала расходиться — медленно, оглядываясь, но расходилась. Люди переговаривались, обсуждали.

Мы пошли дальше. Матвей, который шел рядом, тихо сказал:

— Александр… они смотрят на тебя как на героя.

Я покачал головой:

— Да будет тебе. Героя нашёл. Скорее они смотрят как на возможность. И винить их за это нельзя.

— Это не одно и то же?

Я не ответил.

Мысли крутились в голове: Получается. я теперь не просто торговец или повар, который выиграл пари.

Я каким-то образом умудрился стать надеждой Слободки. Они верят, что я изменю их жизнь. Дам работу. Еду.

Мы свернули в узкий переулок между покосившимися сараями и впереди, в конце улицы, я увидел здание. Оно выбивалось из общего ряда так резко, что казалось чужеродным.

Оно стояло особняком, отдельно от изб, на довольно широкой площади. Высокое, мрачное. Стены серые, из тёмного камня. Окна узкие, как бойницы. Крыша острая, покатая, покрытая красной черепицей. Над входом виднелась статуя горгульи, кажется, но половина морды откололась.

Я остановился, глядя на него с удивлением. На массивную дубовую дверь, на ливневки в виде тех же маленьких горгулий. Здание выглядело чужим. Мрачным. Словно маленький замок, затерянный среди нищеты.

Мы подошли ближе. Матвей рядом присвистнул тихо:

— Вот это да…

Тимка поёжился:

— Страшное какое.

Угрюмый усмехнулся:

— Вот она. «Гнилая Бочка». Красавица, правда?

У входа топтался мужичок. Невысокий, худой, в потрёпанном тулупе. Лет сорока, может сорока пяти. Лицо серое, усталое. Он увидел нас, вздрогнул, отступил на шаг.

Угрюмый подошёл к нему, кивнул мне:

— Это владелец. Зовут… как тебя там?

— Семён, — пробормотал мужичок, не глядя на Угрюмого. — Семён Кривой.

Он действительно косил одним глазом — левым.

Я подошёл ближе, протянул руку:

— Александр. Я хочу купить это здание.

Семён посмотрел на мою руку, потом пожал её быстро, нервно. Ладонь влажная, холодная.

— Купить? — переспросил он недоверчиво. — Вы… вы правда хотите купить?

— Правда.

Семён облизнул губы, посмотрел на здание, потом на меня:

— Вы знаете, что это место… проклято?

Я пожал плечами:

— Слышал. Расскажи подробнее.

Семён замялся, потом вздохнул:

— Здание старое. Его строил… приезжий. Лет тридцать назад, может больше. С Запада он приехал, говорят из-за моря. Богатый был и странный. Говорил чудно, одевался не по-нашему. С дочкой приехал — девочка лет десяти, болела какой-то хворью. Кашляла кровью, кожа белая как у мертвеца.