Книга Шеф с системой. Битва на Ярмарке, страница 63 – Тимофей Афаэль

Скворцов поджал губы:

— Ты занял место без разрешения Торговой Гильдии!

— Гильдия не владеет площадью, — ответил я жестко. — Ярмарка — нейтральная территория. Любой житель города может торговать здесь. Это прописано в городском уставе или ты его не читал?

Толпа зашумела. Люди переглядывались, кивали. Кто-то сказал громко:

— Он прав! Ярмарка для всех!

Скворцов побагровел. Шагнул ближе, голос стал тише, злее:

— Ты смеешь спорить со мной? Я представитель городского управляющего!

— А я — законопослушный торговец, — ответил я, не отступая. — И требую назвать конкретный закон, который запрещает мне здесь готовить.

Скворцов сжал кулаки. Молчал несколько секунд, лицо каменное. Потом резко развернулся к стражникам:

— Эта печь! — он ткнул пальцем в Драконий Горн. — Открытый огонь! Это угроза безопасности! Пожарная опасность!

Он повернулся обратно ко мне, голос стал официальным, громким:

— Именем городского управляющего, я объявляю твою печь источником пожарной опасности! Она должна быть немедленно погашена!

Толпа заволновалась. Это звучало серьезно. «Пожарная опасность» — законный повод для немедленных действий.

Скворцов кивнул стражникам:

— Убрать этот шалман! Живо!

Один из стражников шагнул вперед — молодой парень лет двадцати пяти, лицо напряженное. Он явно не хотел этого делать, но приказ есть приказ.

Стражник положил руки на край котла.

— Эй! — рявкнул я и рванулся вперед, отталкивая Матвея. — Руки убрал!

Встал прямо перед котлом, грудью к стражнику, демонстрируя, что он пройдет к котлу только через мой труп.

Стражник замер, растерянно посмотрел на Скворцова:

— Господин Скворцов…

— Делай, что велено! — взвизгнул Скворцов, багровея. — Убрать его!

Стражник неуверенно попытался обойти меня справа. Я сдвинулся, преграждая путь:

— Попробуй только, парень. Попробуй.

Он замер. Я видел в его глазах сомнение — он не хотел драки.

Скворцов топнул ногой:

— Да что ты там возишься⁈ Оттолкни его! Это приказ!

Второй стражник — постарше, со шрамом на щеке — шагнул ко мне, схватил за плечо:

— Не геройствуй, торговец. Хуже будет.

Я не шелохнулся, впился взглядом в его лицо:

— Шесть часов я этот бульон варил. ШЕСТЬ ЧАСОВ! Это весь мой день! Мой товар! Ты собрался его разлить, шкура⁈ — рявкнул я, сбрасывая его руку с плеча.

Стражник дернулся, посмотрел на котел, потом на меня:

— Я… я просто выполняю…

— Да плевать мне! — рявкнул я. — Я ничего не нарушаю и ты это знаешь!

Толпа ахнула, поползли шепотки.

Варя за спиной всхлипнула:

— Александр, не надо…

Волк шагнул вперед, голос низкий, опасный:

— Стражники, вы же мужики, не мальчишки. Неужто честное имя так дешево стоить стало?

Толпа загудела:

— Правильно говорит!

— Че вы к нему прицепились⁈

Скворцов взвизгнул, ткнув пальцем в меня:

— Это подстрекательство! Он сопротивляется власти! Хватай его! Оттащи силой!

Стражник со шрамом стиснул зубы, схватил меня за плечи обеими руками:

— Прости, торговец. Приказ есть приказ.

Рванул меня в сторону, я крутанулся и боднул его головой в грудь. Стражник поскользнулся и упал на задницу, очумело глядя на меня.

В это время молодой стражник, воспользовавшись моментом, метнулся к котлу, схватился за край.

Волк рыкнул, рука метнулась к ножу:

— Только тронь, сука!

Матвей и Тимка дернулись вперед. Котел качнулся. Золотистый бульон плеснул к краю. Еще немного — и все.