Книга Егерь. Системный зверолов, страница 149 – Николай Скиба

— Спасибо, малыш, — погладил я его по голове. — Это тоже пригодится.

Для такой ловушки мне понадобятся особые материалы. Что-то прочное, но лёгкое. И механизм, который срабатывает от веса, а не от движения.

— Пойдём домой, Красавчик, — сказал горностаю. — Похоже опять придётся мастерить.

Обратный путь я преодолел быстро, но внимательно. По дороге запомнил расположение его кормовых троп. Каждая деталь могла пригодиться.

В голове уже складывался план действий по созданию будущей ловушки.

Красавчик бежал рядом, время от времени отвлекаясь на интересные запахи в придорожных кустах. Его белая шёрстка мелькала между зелёными ветками, а золотистые искры на хвосте оставляли едва заметный след в воздухе. Хороший зверь, уже понимает ритм моей работы. Не путается под ногами и не отстаёт.

Ещё на подходе к поляне услышал знакомый скрипучий голос, полный праведного гнева:

— … чтоб тебя волки сожрали, полосатая дрянь! Слазь сейчас же, говорю! Совести у тебя что ли нет?

Что за? По спине пробежал холодок. Полосатая дрянь?

Нахмурился и невольно ускорил шаг, краем глаза заметив, как Красавчик мгновенно юркнул в кусты. Умный зверёк — уже знал, когда лучше исчезнуть.

— Думаешь, раз большая, так можешь что хочешь делать⁈ — продолжала скрипеть бабка.

Выбежав на поляну, замер как вкопанный.

У крыльца избы на земле лежала Ирма. Лежала не по своей воле — её худенькая фигурка была прижата к земле немалым весом. Немалым весом огромной полосатой кошки.

Я застыл на месте, ощущая, как сердце пропускает удар. Передо мной разворачивалась картина, которая могла бы показаться комичной, если бы не смертельная опасность ситуации.

Огромная полосатая кошка невозмутимо восседала на бабке Ирме, словно та была её персональным троном из живой плоти. Хищница выглядела абсолютно довольной собой — из мощной грудной клетки доносилось громкое, раскатистое мурлыканье.

А под ней Ирма продолжала возмущённо браниться, размахивая худенькими руками:

— Слазь, говорю, полосатая наглячка! Думаешь, раз большая, так и можешь что хочешь делать⁈ Бессовестная дрянь!

Но странно… Несмотря на весь этот спектакль, я сразу понял, что не вижу от зверя ни капли агрессии. Наоборот, в её поведении читалось что-то игривое, почти детское. В глазах плясали озорные огоньки, а хвост лениво помахивал из стороны в сторону.

— Эй, подруга, — негромко позвал я, медленно приближаясь и стараясь двигаться плавно, без резких жестов. — Может, освободишь пленницу?

Кошка лениво повернула ко мне морду, и наши взгляды встретились. Она медленно моргнула — тот самый знак доверия между кошачьими, когда они показывают привязанность и расслабленность.

Мои татуировки отозвались не просто лёгким теплом — они буквально вспыхнули огнём под кожей. Красные узоры запульсировали в такт моему сердцебиению, и я почувствовал, как между нами протянулась невидимая нить связи. Видимо, мой выросший уровень действительно кардинально влиял на силу воздействия.

— Гр-р-р, — кошка лениво мотнула головой и нить оборвалась. Ах ты ж… Ну хоть без прошлой агрессии.

Хищница величественно потянулась и выгнула спину дугой, демонстрируя каждый мускул своего мощного тела. Затем грациозно поднялась на лапы и спрыгнула с Ирмы.

— Вот так-то лучше, — пробормотала бабка, тяжело поднимаясь с земли.