Книга Егерь. Опасная Зона, страница 48 – Николай Скиба

— Наблюдательный пункт, — сказал вслух с невольным уважением.

С этого камня открывался прекрасный обзор на несколько троп, по которым могли подойти преследователи. Идеальное место для того, чтобы оценить угрозу и принять решение — сражаться или бежать дальше.

Красавчик вдруг напрягся на моём плече и тихо заскулил. Его крошечное тельце дрожало от возбуждения или страха.

— Что такое, парень?

Горностай ткнулся мордочкой мне в ухо и еле слышно тявкнул. Потом повернул голову к дальнему краю поляны, где между деревьями виднелась тёмная расщелина в скале.

Афина тоже насторожилась. Её уши встали торчком, а хвост слегка распушился. Она не выглядела испуганной — скорее заинтригованной.

Я прищурился, всматриваясь в расщелину. Обычная пещера или что-то больше?

— Логово?

След вёл именно туда. Но инстинкт подсказывал: подходить нужно крайне осторожно.

Я достал из рюкзака моток верёвки и внимательно осмотрел её. Прочная, но… Если повезёт поймать рысь в петлю, выдержит ли?

Афина подошла ко мне и тихо рыкнула — предупреждающе, но не агрессивно.

— Хорошо, — сказал я, убирая верёвку. — Но действуем по-умному. Никаких резких движений, никакой спешки.

Я ещё раз оглядел поляну, запоминая расположение камней и кустов. Если придётся отступать, нужно знать, куда бежать.

Потом медленно, шаг за шагом, мы направились к расщелине.

Она оказалась началом узкой тропы, которая змейкой поднималась между скал. Я двигался осторожно, проверяя каждый камень под ногами, прежде чем перенести на него вес. Афина шла рядом, её лапы бесшумно касались каменистой поверхности. Красавчик притих, лишь изредка поворачивая голову и принюхиваясь.

След становился всё свежее.

— Близко, — прошептал я, и собственный голос показался чужим в этой напряжённой тишине.

Деревья здесь росли реже, но становились всё более причудливыми. Стволы искривлялись спиралями, будто их скручивала невидимая сила. Листва мерцала серебристыми и голубыми отблесками, а некоторые ветви буквально светились изнутри слабым, пульсирующим светом.

Тропа неожиданно резко повернула влево, огибая массивный валун.

И тут лес раскрылся.

Мы вышли к подножию скалистого уступа, который возвышался над лесом добрых метров на двадцать, а то и больше. Серые камни, покрытые изумрудным мхом, складывались в естественную лестницу, по которой можно было бы подняться наверх. Между камнями пробивались ручейки, стекающие откуда-то сверху.

Но самое поразительное открылось, когда я задрал голову.

С этого утёса открывался захватывающий дух вид на опасную зону — бескрайнее море зелени, волнующееся под порывами ветра, который здесь, у подножия скалы, почти не ощущался. Кроны деревьев переливались всеми оттенками зелёного и не только — от нежной мяты до глубокого сапфира. Цветастые магические растения ярко выделялись.

Кое-где из этого океана поднимались серебристые дымки тумана, а ещё дальше, на самом горизонте, проглядывали фиолетовые пики далёких гор.

А над всем этим великолепием, разрывая небо пополам, зияла та самая трещина Раскола, из которой словно сочился невидимый холод.

— Господи, — выдохнул я, невольно останавливаясь.

Даже в своей прошлой жизни, исходив тайгу вдоль и поперёк, я не видел ничего подобного. Это была дикая, первозданная красота мира, который ещё помнил момент своего перерождения. Мира, где магия не просто существовала, а буквально пропитывала каждый листок, каждую каплю росы.