Книга Егерь. Столичный гамбит, страница 61 – Николай Скиба

Звук прокатывается по лесу ударной волной — тёмная фигура на мгновение замирает — её плавные движения внезапно обрываются.

Этой секунды достаточно.

Огненная сфера Карца взрывается точно в том месте, где остановилась тень, вновь озаряя поляну ярким оранжевым светом. Двухвостый лис бросается в атаку, его пламенные челюсти разинуты в предвкушении добычи. Одновременно с двух сторон пикируют изуродованные птицы Эрики, но…

Глубинный ходок оказывается далеко не лёгкой добычей.

В последний момент он замечает летящую огненную сферу и резко замедляется.

Взрыв проходит мимо.

Пламя лижет его плащ, но серьёзного урона не причиняет. Однако птицы Эрики атакуют с двух сторон одновременно — их клювы впиваются в тень, и ходок срывается с дерева.

Он падает прямо на огненного лиса, но вскидывает руку прямо в воздухе. Из его плаща выплёскивается чернота — тьма обретает форму массивного волка с янтарными глазами. Теневой зверь материализуется под падающим хозяином, и в момент столкновения оба сливаются в единый силуэт живой тени.

Объединённая сущность пытается отступить. Скользит между стволами с невообразимой скоростью.

Но Друид Крови лишь презрительно хмыкает.

Старик поднимает обе руки, и его татуировки вспыхивают кроваво-красным светом. Могучая медведица рядом с ним издаёт болезненный рёв — из её боков начинают сочиться алые струи, будто невидимые клинки вспарывают её шкуру. Кровь не капает на землю — повисает в воздухе и формирует извивающиеся щупальца.

Кровавые лозы метятся к убегающей тени. С молниеносной скоростью они обвивают ходока, стискивают с нечеловеческой силой и швыряют на выжженную землю. Теневой волк с визгом отделяется от хозяина, оба катятся по листве.

Ходок перекатывается через плечо, вырывается из ослабших пут и поднимается на ноги. Кровавые струи медленно возвращаются к медведице, а та равнодушно зализывает свои раны.

Мужчина под капюшоном усмехается и неторопливо гладит своего теневого волка по голове.

— Отдай, — с усмешкой говорит Карц, — или умри.

— Ну что, — насмешливо протягивает глубинный ходок, стряхивая с плаща обугленные листья, — Как вы достали. Что, те трое стихийных слабаков не справились и родители решили прийти отомстить за деток?

Эрика шипит, её жёлтые глаза вспыхивают.

— Да как ты смеешь говорить так о семёрке друидов!

Ходок широко улыбается — белые зубы сверкают в полумраке.

— Ах, какие мы храбрые, когда нас трое против одного.

Он резко вскидывает обе руки, и воздух вокруг него дрожит от силы.

Из земли, из теней между деревьями, из самого воздуха начинают материализовываться звери. Ледяной медведь с синими клыками встаёт рядом с теневым волком. Каменный барс бесшумно спрыгивает с искорёженного ствола. Огненная рысь выскакивает из-за валуна, её шерсть пылает живым пламенем. Воздушный сокол кружит над поляной, его крылья сотканы из ураганного ветра.

Трио отвечает мгновенно.

Карц рычит, и из его груди хлещет поток огня. Формируется целая стая пламенных зверей — лисы, волки, даже огненная кобра, чешуя которой переливается расплавленным металлом.

Эрика выгибается всем телом, и из неё, словно отвратительные плоды, начинают вылупляться её творения. Изуродованные, гибридные твари — нечто среднее между животными и растениями, с костяными наростами и ядовитыми шипами.