Книга Егерь. Турнир, страница 33 – Николай Скиба

Парень стоял у края поляны, прислонившись плечом к сосне. На вид — лет двадцать, может чуть старше. Загорелая кожа, обычное лицо.

Вроде ничего особенного, но от него веяло… чем-то.

Мика не мог подобрать слов. Это было как стоять на краю пропасти. Как оказаться в грозу на открытом поле. Или встретиться взглядом с волком и понять, что бежать бесполезно.

Сила. Огромная, подавляющая, она будто пульсировала в этом человеке, как второе сердце.

Тина в сумке вдруг ожила. Мика почувствовал, как жаба развернулась в сторону незнакомца. Её маленькое тело напряглось.

Мика никогда не видел, чтобы Тина так реагировала на кого-то.

Те люди, что привели его сюда были несомненно опасны.

Но этот парень был чем-то иным. Чем-то большим.

Он мог убить всех на этой поляне. Играючи. И никто бы его не остановил. Мика почему-то знал это.

Парень оттолкнулся от дерева и двинулся к нему. Снег скрипел под сапогами. Каждый шаг был плавным. Так двигаются хищники.

Мика посмотрел на парня — на его спокойное лицо, на расслабленную позу и увидел на шее татуировки. Две линии, переплетающиеся в сложный узор. Одна — огненно-рыжая, как шерсть Карца. Другая — серебристая, как мех ветряных рысей.

Он никогда не видел ничего подобного. Татуировки Звероловов были и у него — привычные красные линии. Но эти-то были другими! Что это вообще?

Парень остановился в двух шагах. Его глаза изучали Мику без угрозы, но и без тепла.

— Мика, — сказал он.

— Да.

— Меня зовут Максим. — Короткий кивок. — Спасибо, что пришёл.

— У меня был выбор? — вырвалось прежде, чем Мика успел прикусить язык.

Максим чуть дёрнул уголком губ.

— Выбор есть всегда. Ты мог отказаться.

— И что тогда?

— Не ты задаёшь здесь вопросы.

Взгляд Макса скользнул вниз — к сумке.

— Питомец? — спросил он.

Мика напрягся. Рука легла на сумку.

— Просто жаба.

— Просто жаба, — повторил Максим задумчиво. — Интересно.

Он не стал расспрашивать дальше. Просто повернулся к золотой статуе, и что-то изменилось в его лице.

Маска силы дрогнула. На мгновение Мика увидел под ней что-то другое. Боль. Страх. Отчаяние человека, который столкнулся с чем-то, что не может победить.

Потом маска вернулась. Но Мика запомнил.

— Это Афина, — сказал Максим тихо. Голос изменился — стал мягче, теплее. — Моя тигрица.

Он помолчал.

Огненный лис бесшумно подошёл и лёг у его ног, растапливая снег вокруг себя. Актриса появилась рядом, прижавшись боком к ноге хозяина. Режиссёр спрыгнул с ветки и беззвучно приземлился на снег.

Вся эта невероятная стая собралась вокруг своего вожака. И в их глазах читалось одно — тревога.

— Времени почти не осталось, — продолжил Максим. — Ей очень нужна твоя помощь.

Мика перевёл взгляд на статую. Потом на Максима. Потом снова на статую.

Что-то щёлкнуло в его голове.

— Подожди, — сказал он медленно. — Я всё понял.

Максим выжидающе смотрел на него.

— Мне сразу не понравилась эта затея, — Мика почувствовал, как в груди закипает нервный смех. — Золото за операцию. Секретность. Срочность. Я думал — ладно, редкий зверь, чем-то помочь.

Он указал на статую.

— Но ты хочешь, чтобы я вылечил это? Статую? Кусок золота?

Тишина.

Ирма фыркнула так громко, что Красавчик у её ног вздрогнул.

Стёпа закашлялся, прикрывая рот кулаком.

Барут вдруг очень заинтересовался заснеженной веткой над головой.