Книга Егерь. Черная Луна. Часть 1, страница 125 – Николай Скиба

— Обязательно меня в пример ставит? — проворчал копейщик.

— Запомните первое и главное правило: фитиль горит всегда. Под водой, под землёй, в снегу. Если искра пошла — у вас есть четыре секунды. Раз-два-три-четыре. На «пять» вашей руки уже не будет. Вместе с головой.

Я прошёлся вдоль строя, глядя каждому в глаза.

— Барут.

— Д-да?

— Ты любишь ближний бой. Забудь. Эту дрянь нельзя использовать, если враг ближе двадцати шагов. Бросишь под ноги врагу, который бежит на тебя — сдохнешь вместе с ним. Осколки летят быстрее, чем ты бегаешь.

— Понял, — кивнул торговец. — Бросать очень далеко.

— Мика.

— Я-то что? — встрепенулся парень. — Эту штуку даже в руки не возьму!

— Ты лекарь, согласен. Твоя задача — держаться сзади. Но если вдруг придётся бросать — целься не в человека, а под ноги. Взрыв на груди убьёт одного. А вот на земле посечёт ноги троим-четверым. Калека на поле боя хуже трупа.

Мика позеленел, но кивнул.

— Стёпа.

— Макс, я лучше копьём… — начал было он.

— Ты очень силён, — перебил я. — Можешь метнуть эту штуку так же далеко, как я. Все запоминайте! Если видите группу врагов в одной куче — кидайте. Но перед этим нужно заорать так, чтобы уши заложило. «ЛОЖИСЬ!» или «ГРАНАТА!».

Я повернулся к остальным.

— Это касается всех. Вы не вертите головой, не спрашиваете «где?» и «зачем?». Падаете мордой в землю! Мгновенно. В грязь, в дерьмо, в лужу — мне плевать. Лучше быть грязным, чем мёртвым. Керамика и камни летят веером вверх и в стороны. Чем ниже вы к земле, тем больше шансов, что осколки пройдут над вами.

Лана подошла ближе, скрестив руки на груди.

— А звери? — спросил она. — Они не поймут нас. Афина может кинуться в атаку в самый неподходящий момент.

— Верно, — я кивнул. — Поэтому правило для зверей жёстче. Если гранаты в деле — звери отзываются назад. Никакой самодеятельности. Но за этим я прослежу.

Посмотрел на Старика. Росомаха сидела, склонив голову набок.

— Особенно ты, мохнатый. Осколок в глаз — это конец. Увидишь, что кто-то достаёт шар — уходишь в сторону или за спину. Понял? Ты вечно лезешь вперёд.

Я видел, что эта штука сделала с деревом.

— И последнее, — я понизил голос, делая паузу. — Огонь.

Указал на фитили.

— Мы носим смерть в мешках. Одна случайная искра от костра, любое пламя какого-то зверя, попавшее в сумку с гранатами — и от нас останется только мокрое место. Учитывайте это. Брать будем только по необходимости.

— Как завтра? — серьёзно спросила Лана. — Последние парные бои.

— Как завтра. А теперь — уходим. Режиссёр, Актриса, Красавчик — в разведку. Афина — замыкаешь. Старик перед нами. Пошли.

Мы растворились в лесу, оставив позади дымящуюся воронку и расщеплённый пень.

— Это мясорубка, Макс, — вдруг нарушил тишину Барут.

— Что поделать. Это осколочная граната, — поправил я. — Она просто рвёт. Завтра мы возьмём Морана.

Арена гудела под открытым небом.

Тысячи голосов сливались в единый рёв, поднимались к бледно-голубому небу и растворялись в холодном мартовском воздухе.

Каменные ступени амфитеатра были забиты до отказа — богачи занимали нижние ряды поближе к песку, оборванные мальчишки карабкались на верхние ярусы ради бесплатного зрелища, а между ними теснились сотни обычных горожан, жаждущих крови и развлечений.

Финальный день парных поединков собрал весь Оплот Ветров.