Книга Егерь. Черная Луна. Часть 1, страница 81 – Николай Скиба

— Старик, ты можешь его зафиксировать? Своей гравитацией?

Росомаха сидела в углу кухни и наблюдала за происходящим маленькими злыми глазами. При звуке своего имени она недовольно фыркнула.

Я тебе не служу, двуногий. Ты мне никто.

Ворчливый мыслеобраз донёсся до меня даже сквозь туман в голове. Старик демонстративно отвернулся и начал вылизывать лапу, словно происходящее его совершенно не касалось.

— Он умрёт! — Барут шагнул к росомахе. — Твой хозяин умрёт, если ты не поможешь!

Он мне не хозяин. Он моя кормушка. И если кормушка сдохнет — найду другую. Я уже сделал сполна!

— Ты…

Барут не договорил.

Воздух в комнате вдруг сгустился, стал тяжёлым и давящим.

Волосы на затылках присутствующих встали дыбом.

Раннер, сидевший у стены с перевязанной ногой, резко выпрямился и потянулся к клинку.

Афина материализовалась из ниоткуда.

Гигантская кошка возникла прямо над Стариком — воплощение мышц, когтей и ярости. Она двигалась так быстро, что глаз не успел уловить движение. Или моя реакция замедлилась?

В одно мгновение её пасть сомкнулась на загривке росомахи, клыки размером с кинжалы прижались к горлу.

Старик взревел от возмущения и боли. Гравитационная волна ударила во все стороны — стол подпрыгнул, посуда на полках задребезжала, один из стражников рухнул на колени. Я почувствовал, как невидимая сила вдавливает меня в доски, пытаясь расплющить.

Афина даже не дрогнула.

Вокруг её тела вспыхнуло сияние — бушующий шторм из спрессованного ветра и ослепительного белого пламени, покрывший тигрицу с головы до хвоста. Гравитация Старика разбивалась об эту броню, как волны о скалу. Доспех Катаклизма окутал Афину живым вихрем, от которого жар и ветер ударили по всем присутствующим.

Раннер выронил клинок.

— Что за… — он смотрел на тигрицу расширенными глазами. — Что за неимоверная мощь⁈

Афина сжала челюсти сильнее. Старик захрипел, дёрнулся, но вырваться не мог. Тигрица весила раз в двадцать больше росомахи, и сейчас она прижимала его к полу всей своей массой, а её горящая броня делала любое сопротивление бессмысленным.

Ты. Будешь. Слушаться.

Ментальный рык Афины прокатился по комнате, и даже люди почувствовали его — несколько человек схватились за головы. Раннер побледнел ещё сильнее.

— Откуда у тигрицы столько навыков? — прошептал он. — Стоп… Невидимость, мышцы и… Эти стихии? Но ведь ядозубы — не стихийные звери. Она что, королевская особь? И рыси тоже? Что происходит? Как у вашего ядозуба столько питомцев таких ступеней?

Никто ему не ответил.

Старик рычал и извивался под Афиной, пытаясь сбросить её с себя. Его когти скребли по каменному полу, оставляя глубокие борозды, гравитационные волны бились о Доспех Катаклизма снова и снова. Бесполезно. Тигрица была сильнее.

— Хватит!

Голос Ланы разрезал хаос.

Она стояла в дверях, укрывшись простыней, с огромным синяком на виске, но смотрела совсем не как человек. Её глаза горели жёлтым звериным огнём, зрачки сузились в вертикальные щели, а с губ срывалось низкое утробное рычание, от которого вибрировал воздух.

Ментальная волна ударила по комнате.

Чистая первобытная ярость её народа оборотней, спрессованная в ледяной кулак и вбитая прямо в сознание.

Афина вздрогнула и отшатнулась от Старика, будто её хлестнули плетью. Росомаха прижалась к полу, уши прижались, шерсть на загривке встала дыбом. Даже Тина съёжилась и нырнула Мике за пазуху.