Книга Егерь. Черная Луна. Часть 2, страница 22 – Николай Скиба

Ясно, — сказал я, и удивился тому, как ровно прозвучал мой голос. — На улицах не трогаю никого. На арене — без ограничений. А если Моран нападёт первым — вне арены, на меня или моих людей?

Арий и Иван переглянулись — быстрый взгляд, полный понимания, отточенного годами совместной работы.

— Здесь ничего не меняется, — сказал Арий медленно, взвешивая каждое слово на невидимых весах. — Самооборона — другое дело. Но доказательства должны быть железными. Свидетели, следы, однозначность угрозы. Если хоть кто-то усомнится, что ты защищался, а не провоцировал — ты труп.

— Класс! — я не сдержался и вскинул руки. — И что? Дадим друидам делать свои дела, да?

Афина, всё это время мирно спавшая в углу комнаты, вдруг рыкнула. Драконоборец хмыкнул.

— Теперь к твоему вопросу. Мы вмешаемся. Но на наших условиях.

Ох, что-то мне всё это уже не нравится.

— Не раньше, чем они придут все, — продолжил Иван. — Моран — один. Опасный, да, но один. Но за ним стоит «Семёрка». Мы подозреваем, что они рассредоточены по городу. Скорее всего часть из них уже в Оплоте Ветров, но тщательно скрывается. Если мы ударим по Морану сейчас… Что тебе объяснить, ведь ты уже попробовал один раз?

— Все друиды придут на турнир, — подхватил Арий. — Когда соберутся все — мы будем готовы. И разом покончим со всей угрозой. Это договорено, Макс. Четыре короны закончат с друидами.

— Не четыре, — зло процедил Драконоборец.

— А… кхм, — советник закашлялся. — Да, с Валдрисом третьим всё не просто. Почему-то он стойко держит нейтралитет, но это вопрос времени.

— Да он вообще будто сам не свой, — фыркнул Иван.

Я стиснул зубы так сильно, что заболели челюсти. В висках застучало.

Логика была понятной… Но только если учесть, что мне полностью связали руки. Ждать, пока враги соберутся, означало дать Морану время для ещё одной попытки? Нет, он этого не сделает. Я больше не выпущу Режиссёра из ядра. И если будет надо — СДОХНУ, но не дам им сделать, что хотят. Это уже слишком личное.

Эти друиды…

Ублюдки!

Мой удел — стоять с завязанными руками и улыбаться, потому что наблюдатель за спиной, и король, чья лояльность измеряется в политической валюте, которая вот-вот обесценится.

— Хорошо, — сказал я наконец, и слово прозвучало хрипло. — Но послушайте меня внимательно, советники. Если друиды доберутся до меня раньше, чем вы будете готовы, я не стану ждать. Не обсуждается. Если будет нужно — весь этот город будет гореть. Я положу на лопатки любого, кто захочет добраться до моих друзей и стаи.

Иван опустил голову, и мне показалось, всего на миг, что он одобрительно улыбнулся. В его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение.

— Ты совсем нас не слушал, да? Куй свою судьбу сам, Макс. Мы предупредили.

— Я понял.

Арий уже шёл к двери, его шаги по полу звучали мягко, но решительно. На пороге он обернулся.

— Осталось всего три дня, — сказал он. — Три дня, Зверолов! Не будь упёртым идиотом.

Дверь закрылась с мягким щелчком.

Я стоял посреди комнаты и чувствовал, как внутри, где только что кипела злость, остаётся пустота.

Стёпа смотрел на меня от стены, не решаясь заговорить первым, и в его глазах читалось множество вопросов.

— Шесть рёбер… — сказал я вслух.

— Что? — переспросил Стёпа.

— Ничего. — Я потёр лицо ладонями, чувствуя, как усталость наваливается волнами. — Лучше скажи… Ты со мной?