Книга Егерь. Последний рывок, страница 101 – Николай Скиба

Рик повернул голову и посмотрел на меня.

— Сколько тебе было лет?

— Пятьдесят два.

Он коротко присвистнул.

— Серьёзно?

— Угу. Я егерем был.

— А по этому миру тебе сейчас сколько? Двадцать один?

— Двадцать два. Вроде бы…

Рик коротко хохотнул.

— То есть в той жизни ты старше меня на двенадцать лет. А в этой — зелёный лопух.

— Не такой уж и лопух. Тебе напомнить тех зверей за стеной? — я улыбнулся.

— Пятьдесят два! — южанин искренне улыбнулся и хлопнул себя по колену. — Ну ты, дед, даёшь!

— Сам ты дед.

Мы оба засмеялись и мне стало как-то легче — как будто я наконец-то снял с плеч груз, который таскал с собой все эти годы и сам его не замечал. До сегодняшнего дня я был один.

— Расскажи, — попросил я. — Какая у тебя история?

Рик помолчал. Затем кивнул своим мыслям.

— История может быть слишком долгой. Но кое-что скажу. Если сжато — то мы с Карой работали в «Яме», питомник для диких тварей южного Раскола. Подсобники в самом низу иерархии. Ну что, чистил клетки, носил мясо, выгребал дерьмо за гривошипами и мантикорами. Свой опыт сначала никому не показывал. Но сразу смотрел и учился. Там укротители работают слишком грубо — строят связь со зверем на крови. Я знал, что наш метод будет сильнее. Только надо было это доказать.

— Доказал?

— Ещё как. Взял безнадёжного гривошипа. Кое-кто это увидел, и я перестал быть подсобником. В общем, не столь важно — сейчас у меня в подчинении верные люди, которых я выучил по своему методу.

— У тебя своя школа? — я удивился.

— Какая ещё школа? Свой питомник. Зачем мне людей обучать, всё только ради зверья. Что на Юге важно — так это репутация. Звери у меня выходили дороже, чем у конкурентов, дольше жили в боях, давали лучшее потомство. Всякое там было… И погибло много людей, и интриг хватало. Некоторых до сих пор вспоминаю. Такие нелепые смерти были… Ты вроде знаешь Варга? — вдруг резко сменил тему Рик.

— Да, встречался. Тот ещё жук.

— Ага, но не со всеми. В общем, он неплохо меня натаскал. Постепенно — те, кому я продал зверя, оказывались мне должны больше, чем просто деньги.

Я сразу понял о чём речь.

— Услуги?

— Ха, сечёшь, Сибиряк. Вскоре у меня в долгу была половина значимых людей города. Не открытая власть, конечно, но все знали, кто и что решает.

— Даже сейчас?

— А ты думал, Макс? Или как тебя звали-то там?

— Иван.

— Ага, так вот, Иван. Город Семи Хвостов держу я. Об этом знает не так много людей. Конечно, там официальный совет кланов, лидер совета — они формально управляют. Но… — он пожал плечами и улыбнулся.

Я долго молчал.

До этой минуты Город Семи Хвостов был для меня нейтральной точкой на южном побережье, где работал Барут. Город как город, пусть и со своими тварями и обычаями. Я о нём думал, как о далёком, чужом, поселении.

А оказывается… рулит там коренной Москвич.

Это меняло всё.

— И к чему ты мне сейчас это рассказываешь? — спросил я тихо. — Так подробно.

Рик повернулся и посмотрел прямо на меня.

— А ты к чему про своё государство рассказывал?

Я выдохнул.

— Не уверен, что я готов обсуждать это вслух.

— Недавно тебя это не смущало.

— Стресс. Адреналин. Злость. Называй как хочешь. Сейчас прошло время.

— Нас не так много, Иван. Ты, да я. Ты уверен, что не хочешь обсудить?

Я подумал.

Снова посмотрел на тропу, по которой только что спустился с кладбища. Договор с Аларихом есть, через несколько месяцев церемония. Земля обозначена. Деревня, лес, ареал Древа — всё наше.