Книга Егерь. Последний рывок, страница 111 – Николай Скиба

В избе стало очень тихо.

Лана медленно поднесла руку ко рту. На её лице отобразилась смесь страха, гордости и непонимания — мать узнала про своего ребёнка что-то, к чему была не готова.

— Максим, — выдохнула она. — Но он же даже обряд Зверолова не прошёл! Он же в восемнадцать лет!

— Я знаю.

— Он ходить ещё не начал!

— Да знаю я!

— Он даже слова первого не сказал!

— Лана… Мы были готовы к чему-то подобному.

— У него уже два стихийных зверя… Боже.

— Угу. Похоже на то.

Пантера опустила руку и очень долго смотрела на Севера.

Сын перевёл взгляд на меня и не отрывал глаз, словно понимал каждое наше слово. И вот тут, в неровном свете Карца, под охраной двух младших Альф, наш Север чуть заметно улыбнулся.

В этой улыбке не было младенческой бессмысленности. В его темнеющих глазах мелькнуло холодное узнавание. Так один высший хищник смотрит на другого, признавая силу, но не склоняя головы.

Огненный тигр глухо заурчал и опустил тяжелую голову на лапы. Ветряной свернулся плотнее у ножки колыбели. Они успокоились, потому что их маленький вожак дал им понять, что угрозы нет.

Лана коротко выдохнула и крепко обняла меня.

Синяя ночь за окнами становилась абсолютно чёрной.

Я смотрел на сына и понимал, что правила этого мира для него не писаны. Чтобы такое существо выжило и не сожгло этот мир дотла, ему потребуется даже не отец… Ему потребуется Император, который выстроит для него железные границы.

— Сам придумаешь им имена, сорванец, — тихо хмыкнул я и обнял Лану в ответ.

Два месяца спустя…

Мы вышли из леса в пяти километрах от Драконьего Камня.

Я остановился на опушке и оглядел поле. Передо мной лежала широкая полоса сухой осенней травы, а за ней поднимались стены столицы. На таком расстоянии часовые на зубцах казались чёрными точками, но даже отсюда стало ясно — они напряглись.

Лана подошла и встала рядом, прижимая Севера к груди.

— Ну вот, — выдохнула она, глядя на серую громаду столицы. — Только нас и ждут.

— Ждут, — согласился я. — Часовой на левой башне сейчас портки меняет, я тебе слово даю.

Лана коротко прыснула и тут же поправила сына, чтобы не разбудить.

— Тише ты, я только-только его укачала.

— Извини.

За её спиной шли остальные. Стёпа прихрамывал на правую ногу. Дамир выглядел серьёзно, с двумя ножами на поясе и своим боевым волком у бедра. Лина держалась за плечо брата.

Моя стая двигалась рядом со мной. Красавчик дремал на плече, Афина шагала тяжёлой кошачьей походкой, Живой держал левый фланг — волк после осады ещё восстанавливал силы, но выглядел собранным. Карц почему-то был готов сорваться в любую секунду. У ног Ланы шагали два стихийных тигра.

На стенах Драконьего Камня стояло очень много людей. И все они увидели то, что я сделал специально.

Из леса начали выходить ОНИ.

Тысячи стихийных зверей Зоны максимальной опасности откликнулись на мой зов перед выходом и шли за нами всю дорогу через тайгу. Они двигались широким фронтом, и каждая порода держала свою скорость и строй.

Теперь они выходили на открытое поле.

Из чащи вытекла первая волна — каменные. Гранитные волки, медведи с булыжниками вместо холок, рыси с плитами на спинах. За ними поднялась огненная — рыси, медведи и лоси, чья шкура полыхала тёмно-красным жаром, и от каждого по траве шла лента подпалин. Третьей волной выкатились водные — выдры размером с быка, гидры, ящеры с чешуёй цвета штормового моря. Четвёртая волна — ветряные — тонкие силуэты, едва видимые на фоне неба. Пятая — ледяная — белая, как первый снег, с инеем по спинам. Шестая — теневая — звери дымчатых форм, размытых по краям, словно нарисованные углём на воде.