Книга Личное дело полковника Багрова, страница 51 – Юлия Бузакина

Я обвиваю его шею руками, прижимаюсь к нему сильнее. Его поцелуи становятся все глубже и проникновеннее, его запах проникает в меня, обволакивает, парализует разум, и я таю в его крепких руках. Он оглаживает меня под шубой. Его пальцы скользят по ткани платья, обжигают прикосновениями спину и бедра.

Перед глазами все плывет. Дыхание учащается, сбивается, и нет ничего кроме пламени камина и тяжелого взгляда его карих глаз.

Я смотрю в его глаза неотрывно. Как же мне хочется поверить в сказку, которая разворачивается у меня перед глазами! Но я не верю. Заправки и проклятые бензиновые войны — вот что объединило нас с Иманом. Я для него — всего лишь курица, которая несет золотые яйца. Не стоит верить его поцелуям. А ещё лучше не впускать этот яд в свою душу.

— Иман, гости приехали! — слышится громкий голос Самиры в холле, и я, вздрогнув, отодвигаюсь. Стряхиваю с себя наваждение.

Посматриваю на Имана из-под опущенных ресниц, ощущая неловкость.

Он улыбается. Осторожно поправляет дорогой подарок на моих плечах и берет меня за руку. В его глазах мерцает огонь желания.

— Пора, Ева, — произносит тихо. — Сейчас заберем ребенка и пойдем встречать гостей.

Мы с Иманом стоим у входа в беседку, которую смогли за пол дня превратить в волшебное место для празднества. Столы красиво сервированы, создана небольшая сцена для музыкантов, но больше всего меня завораживают гирлянды. Они повсюду. Переливаются, мерцают и создают непередаваемую атмосферу.

Мы встречаем гостей. Я инстинктивно касаюсь локтя Имана. Мне это нужно для моральной поддержки, потому что я отовсюду жду подвоха. Я не верю в искренность его родственников. Его дядя уже показал свое истинное лицо с молчаливого согласия остальных. То, что я отказалась подписать документы, лишь усилило конфликт.

Вокруг царит суета. У дома собираются машины. Гости заходят целыми семьями. Женщины в дорогих платьях, мужчины в костюмах. Возбужденно балагурят дети в праздничных нарядах. Родня улыбается, здоровается, с любопытством посматривает на меня. Ищут глазами Русика, но Айна уже успела его увести.

Между гостями снует зоркая охрана в пиджаках. Нелюдей во двор и дом Имана прибыло столько, что любая потасовка будет либо погашена на корню, либо перерастет в полноценный конфликт со всеми вытекающими последствиями.

— Что бы тебе не говорили, лучше молчать, — склонившись ко мне, тихо напутствует муж. — И помни: мы с тобой теперь играем на одной стороне. Без моего ведома никуда не выходи и ни с кем не общайся. За ребенка не волнуйся, за ним присмотрят Самира и Айна.

Я поднимаю на него полный волнения взгляд.

— Хорошо, — шепчу в ответ, и он украдкой нарывает мою руку своей, скрепляя наше согласие прикосновением. Его рука теплая, и от этого по коже летят мурашки.

Моя свекровь и ещё женщины ждут нас у стола. Иман подводит меня к ним.

Меня обнимают, целуют, показывая, что принимают в семью. На этом церемония принятия заканчивается.

— Ева, ты не волнуйся. Мы заберем ребенка. Покормим и уложим его спать, — шепчет мне свекровь. — Пусть немного поиграет с другими детьми, ему будет полезно познакомиться с ними.

Я растеряна. С благодарностью киваю.

— Даже не знаю, как вас благодарить, вы очень добры к нам с Русланом, — шепчу в ответ.