Книга Псих. Ты мой диагноз, страница 101 – Лисавета Челищева

Тяжёлые. Мужские. Один, два, три — по плитке прихожей. Потом шаги затихли — наверное, ступили на ковёр в гостиной.

Тимур вернулся.

Или… кто-то другой?

Но другого не могло быть. Только он знал код. Только у него был отпечаток.

Шаги снова послышались. Теперь по лестнице. Медленно, уверенно. Кто-то поднимался на второй этаж.

Я вскочила на ноги, заметалась по спальне. Шкаф. В углу, огромный, встроенный, с зеркальными дверцами. Я рванула к нему, втиснулась внутрь, тихо закрыла за собой.

Темнота… Тесно. Слева висели мужские рубашки, справа — пусто. Я забралась в самый угол, на корточки, обхватив колени руками.

Шаги раздались в коридоре.

Остановились.

Тишина.

Я зажала рот ладонью, пытаясь унять дыхание.

И тут раздался звонок. Громкий, резкий, разрывающий тишину.

Мой телефон. В кармане джинсов. Я забыла его выключить после разговора с мамой. Просто сунула его в карман и не подумала…

Я судорожно вытащила телефон, глянула на экран.

«ОН».

Тот самый номер. Тот, с которого писал Клим. Тот, с которого он угрожал, следил, требовал.

Я несколько раз нажала на отбой, задыхаясь от страха. Выключила телефон совсем — зажала кнопку, дождалась, пока экран погаснет.

Я прислушалась. На удивление было тихо.

Но тут в коридоре снова послышались шаги.

Кто-то бежал к спальне.

Я вжалась в стенку шкафа, зажмурилась, прикусила ладонь, чтобы не закричать.

Секунда. Другая. Третья.

Шаги в спальне. Шарканье по ковру. Кто-то стоял прямо перед шкафом.

Я не дышала.

Прошла минута.

Вторая.

Третья.

Тишина.

Может, ушёл? Может, показалось? Может, он решил, что звонок был откуда-то ещё, и ушёл проверять дальше?

Я медленно открыла глаза.

И в ту же секунду дверца шкафа распахнулась.

Свет ударил в лицо, ослепил. Я зажмурилась, потом с трудом разлепила веки.

Передо мной стоял он.

Чёрная толстовка с капюшоном, натянутым на голову. Чёрные перчатки. И маска.

Маска Крика.

Он смотрел на меня. Я смотрела на него.

Мне казалось, что ещё чуть-чуть и я помру от перегрузки сердца.

— Нашлась, — Его голос был искажён динамиком — бездушный, скрежещущий.

Тот самый голос. Который я слышала в парке, в машине, в своей квартире… В своих кошмарах.

Я попыталась отодвинуться, но упёрлась спиной в стенку шкафа. Некуда было деться. Не уползти, не убежать.

Он протянул мне руку в перчатке.

— Выходи.

ТИМУР

* * *

Экран ноутбука был разделен на шестнадцать квадратов.

Я сидел в машине, припаркованной в полукилометре от дома, и смотрел, как Лана бродит по комнатам. Камеры я установил три года назад, когда отец только закончил стройку. Тогда это казалось паранойей. Сейчас — наконец-то у этого появился смысл.

Она прошла на кухню, открыла холодильник, закрыла. Потом в гостиную, остановилась у окна, коснулась пальцами стекла. На ней была моя футболка — серая, старая, которую я оставил в шкафу на втором этаже. Она болталась на бёдрах, открывая колени. Волосы были распущены, влажные после душа.

Я откинулся на спинку сиденья, наблюдая, как она подходит к книжной полке, проводит пальцем по корешкам. Чего она ищет? Изучает меня? Там ничего нет. Только декорации. Я не дурак.

Она поднялась на второй этаж, зашла в спальню. Я переключился на камеру в углу комнаты. Лана села на кровать, посмотрела в потолок. Потом легла, свернулась калачиком, натянула одеяло до подбородка.