Книга Не верь никому, страница 125 – Джим Чайковски

— Аnguana.

Шерин кивнула:

— Фольклорные сказания часто основываются на реальных событиях. В данном случае история о ведьмах служила своего рода объяснением существования ядовитых пещер вроде этой.

— Напоминает мне суды над салемскими ведьмами, – сказал Дункан. – Считается, что галлюцинации и припадки, которые, собственно, и спровоцировали обвинения, были вызваны отравлением спорыньей, ядовитым грибком на заплесневелом ржаном хлебе.

— Как и магия всевозможных зелий и травяных снадобий часто имела фармакологическую основу, – добавил Арчи. – Об этом и Тэг постоянно твердит.

Шерин указала на лестничный пролет:

— Если система пещер существовала задолго до бункера, не надо обладать богатой фантазией, чтобы представить, как мог зародиться такой миф. Возможно, люди укрывались здесь веками, постепенно делая пещеры все более пригодными для временного проживания.

— Как в известняковой каменоломне Барбье, – заметил Лоран.

Шерин повернулась к группе. То, что она собиралась им сказать, было всего лишь умозрительным предположением:

— Но я не думаю, что источником отравления здесь является углекислый газ. Самый нижний уровень бункера находится на относительно небольшой глубине. Сомневаюсь, что воздух там настолько плох.

— Если не углекислый газ, то что же тогда? – спросил Лоран.

Шерин пристально посмотрела на него:

— Полагаю, это ловушка.

07:55

Дункан держался на почтительном расстоянии от взбешенной рыси. Руссо пристегнула поводок к ошейнику кошки и пыталась подтянуть Катча к лестничному пролету. Рысь шипела и рычала; когти впивались в камень, ища опору. Вся шерсть встала дыбом, словно зверя ударили электропогонялкой.

Дункан нахмурился. «Даже будь у нас такая штука, сомневаюсь, что она заставила бы кошку спуститься по этим ступеням…»

Руссо, должно быть, тоже это поняла и бросила на Шерин сердитый взгляд.

— Синьорина, если вы хотите, чтобы я силой заставила Катча, мне понадобится для этого более веская причина.

Шерин стояла, сложив руки на груди и с болью глядя на происходящее.

— Простите. – Сглотнув, она кивнула. – По правде говоря, я не знаю, будет ли от этого какой-то толк. Я надеялась, что, если мы сможем завести Катча на нижние уровни, он сможет по запаху определить источник этого токсина. Вероятно, тот защищает дверь, которую мы ищем.

— Я ничего не чувствую, – сказал Арчи.

— Этот токсин определенно не имеет запаха. Как и углекислый газ. Но Катч явно на что-то реагирует. А обоняние у кошачьих намного острее нашего.

Руссо кивнула:

— В четырнадцать раз острее. Однако их обоняние не так развито, как зрение и слух. Рыси – ночные охотники. У них исключительное ночное зрение, как и слух, вот почему в темноте они такие грозные охотники.

Словно подтверждая свою готовность продемонстрировать этот талант, Катч поджался и зарычал.

— Если б нам удалось воспользоваться его острым обонянием, – объяснила Шерин, – это помогло бы сузить зону поиска и определить, за какой из кирпичных стен скрыта потайная дверь.

Лоран повернулся к Руссо:

— Можем ли мы рассчитывать на его сотрудничество?

— Я могу попробовать еще раз.

Руссо опустилась на одно колено, протянула раскрытую ладонь и заговорила по-итальянски, твердо, но не жестко. Рысь больше не рычала. Ее прижатые к голове уши приподнялись при звуке голоса хозяйки.