Книга Дракон из черного стекла, страница 372 – Джим Чайковски

Прежде чем отступить назад, Грейлин потянулся к Никс. Она подумала, что он хочет оттащить ее, но его пальцы просто крепко сжали ей руку.

— Если кто и может это сделать, то только ты.

Никс прочла у него на лице беспокойство и страх, но еще и готовность довериться ее решению. Она тоже взяла его за руку, ощутив под пальцами мозоли, которые напомнили ей об отце в Миррских болотах.

— Я сделаю все, что смогу, – пообещала ему Никс.

Грейлин в последний раз сжал ей пальцы и отошел к остальным, нацелившись рукой на размахивающих жилетом Джейса с Крайшем.

— Только не останавливайтесь. Если устанете, просто скажите.

Оба кивнули.

Позади Грейлина стояли Шийя с Райфом. Кальдер держался под боком у Викас, как будто признавая, кто его спас.

Никс повернулась к Даалу. Тот не сводил глаз с мрачно преобразившейся раковины, а затем, словно почувствовав ее внимание, перевел взгляд на нее. Лицо у него стало намного бледнее, глаза были прищурены. Она легко прочитала то, что было в них написано.

Если б он мог снять с нее это бремя, то сделал бы это.

Никс слегка кивнула ему, выражая свою признательность.

«Но это тот путь, который я должна пройти одна».

Сделав глубокий вдох, она задержала дыхание, а затем медленно выдохнула, направившись к краю зарослей. Добравшись до колючего гнезда, в которое превратилась бронзовая ячейка, осторожно пролезла сквозь путаницу затянувших его побегов и повернулась лицом к остальным. Те стояли перед возвышающейся за ними сферой, темными силуэтами выделяясь на фоне золотистого моря, бурлящего и пульсирующего за обвитым медью хрусталем.

На уровне плеч Никс все еще торчали два бронзовых отростка, выступающих из краев раковины, которые заканчивались чем-то вроде рукояток. Она немного помедлила, накапливая энергию, чтобы ее напев засиял еще ярче. Вновь надела его на себя, как доспехи, целиком окутав себя золотым сиянием – в надежде на то, что оно обманет это адское устройство, придав ей схожесть с бронзой.

Убедившись в том, что каждый изгиб, каждая складочка ее тела надежно укрыты им, Никс подняла руки и ухватилась за бронзовые рукояти. И вся съежилась, ожидая худшего.

С ее первым вдохом ничего не произошло.

Как и со вторым.

На третий ее резко выдернуло из собственного тела. Это было совсем не похоже на привычный полет ее духа, подхваченного золотистыми прядями напева. Это было требование. Приказ. И это было мучительно. Она невольно вскрикнула – и телом, и духом.

Ее смело́ ввысь, в вечную тьму.

И тут прямо под ней вспыхнуло ослепительно-яркое солнце. Никс даже зажмурилась от его блеска, от золотого сияния в самой его сердцевине, которое размеренно пульсировало, испуская во все стороны волны света – словно отмечая биение сердца мироздания.

За пределами этого солнца мир сократился до едва различимых очертаний. Кристаллические заросли леса внизу и собравшиеся на краю него превратились в расплывчатый радужно переливающийся набросок. Ничего не двигалось. Все застыло на месте, словно в янтаре. По сторонам же от этой смутной, но все же различимой картины реальность исчезала в клубящихся облаках ослепительного сияния, словно перемешиваясь с вероятностями, где любая форма навсегда оставалась в подвешенном состоянии, балансируя между существованием и безвозвратной гибелью.