Книга Арктическое зло, страница 15 – Джим Чайковски

Терпение – это роскошь молодых.

Раздавленный чувством вины, с ноющим сердцем, Борелли сделал очередной поворот на винтовой лестнице и свободной рукой отер пот со лба. Влажный воздух был удушливым; на стенах блестели скользкие подтеки. Безмолвно шевеля губами, монсеньор мысленно молился за погибших, и тут его нога поскользнулась на пятне черной плесени. Вскрикнув, Борелли взмахнул руками, падая на четвереньки. Сила удара о каменные ступеньки отдалась болью до самых зубов. Вывалившись из руки, драгоценный трактат ударился о стену и покатился вниз по лестнице.

Борелли вздрогнул – не столько от боли, сколько от страха испортить древнюю рукопись. Приподнявшись на одной руке, он обернулся назад.

— С книгой ничего не случилось?

Поспешно спустившись вниз, молодой человек подобрал фолиант и поднялся наверх к своему спутнику. Он протянул ему древнюю книгу.

— Похоже, ничего страшного не произошло. Переплет, хоть и древний, оказался прочным.

Борелли с облегчением положил старинную рукопись на колени, мысленно представляя себе то, что осталось погребено под огромной массой кирпичей. На то, чтобы спасти все эти книги, потребуются недели – если такое вообще будет возможно. Да, погибли люди – но у монсеньора перед глазами стояли книги, которые он успел увидеть лишь мельком, настоящая сокровищница древнегреческих и древнеримских текстов. Платон, Аристотель, Птолемей, Гиппократ…

Борелли резко выпрямился, осененный внезапной догадкой. До него вдруг дошло, что общего было у этих книг – по крайней мере, тех, что хранились в открытом сундуке.

— Все эти книги… – пробормотал он. – Это же научные трактаты!

— Прошу прощения, монсеньор? – вопросительно посмотрел на него Игорь.

— В них содержатся работы греческих и римских мыслителей, стремившихся понять устройство мира. – Борелли накрыл ладонью лежащую на коленях книгу. – Даже «История» Геродота – не столько исторический труд, сколько аналитические путевые заметки. В первую очередь в них описываются различные страны и живущие в них народы. Считается, что этот монументальный труд основан на путешествиях Геродота по тому миру, который был известен тогда.

— Если вы правы, почему эти книги были спрятаны? – нахмурился Игорь. – С какой целью? – Он всмотрелся вниз. – И зачем устраивать в хранилище ловушку? Что стремились скрыть те, кто все это сделал?

— На мой взгляд, речь идет скорее о защите, – покачал головой Борелли. – О стремлении сохранить тайну.

— Какую тайну?

— Местонахождение Золотой библиотеки.

Стоящий рядом Игорь ахнул – недоверчиво, но в то же время потрясенный.

Не обращая на него внимания, Борелли посмотрел на блестящий металл, украшающий кожаный переплет. Он признавал то, что именно блеск золота заставил его выбрать как раз этот том. Однако его рукой двигала не алчность. То была тяга к утраченным знаниям.

— Если нам удастся ее обнаружить… – начал монсеньор, но не договорил.

«Быть может, это открытие хоть как-то искупит гибель тех, кто остался под завалами…»

— Если библиотека действительно существует, – поникшим голосом промолвил Игорь, – скорее всего, она проклята, как утверждали многие на протяжении столетий.

Борелли покачал головой, отказываясь признавать поражение.

— Даже эта ловушка… ее устроили много веков назад. Это говорит о том, что собрание научных трудов было спрятано сознательно. Быть может, это что-то вроде испытания, одной хлебной крошки из целой цепочки, которая должна привести к остальной библиотеке. В том случае если у искателя хватит сообразительности разгадать все загадки и при этом остаться в живых.