Книга Арктическое зло, страница 19 – Джим Чайковски

Борелли отпрянул назад – прямо в руки людей в черной одежде. Он не удержался на ногах, но его стиснули стальные пальцы. Из темноты появились другие фигуры, у всех лица были закрыты платками.

Нападавшие расступились, пропуская, судя по всему, своего предводителя. Неизвестный приблизился к Борелли вплотную.

— Где библиотека?

Борелли отшатнулся, услышав прозвучавшую в этом голосе неприкрытую злобу. Посмотрев в ледяные голубые глаза над платком, он испытал потрясение, обнаружив, что перед ним женщина.

— Понятия не имею, о чем вы… – кое-как совладав с собой, выдавил Борелли.

Женщина заставила его умолкнуть едва заметным движением руки. Из ниоткуда у нее в пальцах появился стальной кинжал.

— Мне хорошо заплатили за то, чтобы я узнала правду.

Острие кинжала подняло монсеньору подбородок, развязав ему язык.

— Мы… мы обнаружили подземный склеп, – признал Борелли, ужасаясь тому, как быстро распространилось известие о находке Вадима. – Хранилище. С сундуками, наполненными книгами. Но там была ловушка. Своды обвалились. Нам едва удалось выбраться живыми.

Женщина перевела взгляд на то, что он прижимал к груди.

— Но, похоже, не с пустыми руками…

Борелли крепче стиснул трактат. Не смог поступить иначе, хотя это и раскрывало ценность древнего фолианта.

— Это древнегреческая рукопись. Все, что мне удалось унести. Но она имеет только чисто научную ценность.

Женщина вырвала книгу у него из рук.

— С этим мы сами разберемся.

Борелли попытался было отобрать книгу обратно, но тщетно. Его движение привело лишь к тому, что женщина подозрительно прищурилась.

— И не было никаких свидетельств того, что подземное собрание книг имело какое-то отношение к Золотой библиотеке? – спросила она.

— Абсолютно никаких, – солгал Борелли.

Тяжело вздохнув, женщина отвернулась от него. Махнув на прощание рукой, словно отпуская его, – но острая боль огнем обожгла ему горло.

— В таком случае мне от тебя нет никакого толка.

Борелли ощутил теплую влагу, промочившую ему грудь. Только тут до него дошло, что острый клинок глубоко вонзился ему под подбородок. Потрясенный, Борелли закашлялся кровью. Стальные пальцы разжались, отпуская его, и он упал на четвереньки. Сердце неистово колотилось в груди, мучительная боль застилала взор.

— Нет!.. – прохрипел монсеньор.

Не обращая на него внимания, нападавшие переступили через него.

Сунув руку в карман, Борелли нащупал телефон и прикрыл его своим телом. Стараясь действовать незаметно, он лихорадочно водил пальцем по экрану. Под ним по брусчатой мостовой растекалась лужица крови.

Прежде чем темнота полностью поглотила его, монсеньор в последний раз ткнул пальцем в экран, вводя адрес. Он почувствовал, как телефон запищал, пересылая фотографии. Те самые, которые он с помощью Игоря сделал на лестнице.

Наконец старания Борелли были замечены – его выдал или звук, или свет экрана.

Склонившись над ним, женщина ногой перевернула его на спину и выхватила у него из руки телефон, грязно выругавшись по-русски. В ее голосе прозвучало столько злости, что приспешники отпрянули от нее.

Борелли почувствовал, как его затылок ударился о холодную брусчатку. Взор его скользнул по золотому куполу колокольни Ивана Великого, до сих пор ярко сияющему на фоне багрового неба. Эта колокольня была воздвигнута при великом князе Иване III, чей внук Иван Грозный спрятал сокровище, только за один сегодняшний день ставшее причиной стольких смертей.