Книга Арктическое зло, страница 204 – Джим Чайковски

И все-таки Элла понимала, что ей нужно идти вместе с остальными. У нее перед глазами стояла картина тел, обнаруженных в шатре. Их состояние говорило о том, что для раскрытия погребенной здесь тайны потребуются ее знания и опыт.

Сознавая это, Элла поспешила вперед вслед за качающимися огоньками фонариков своих спутников. После холода замерзшего водопада тепло, встретившее их в проходе, оказалось приятным подарком, – вот только все портил запах. Привкус сероводорода усиливался. Элла буквально протискивалась сквозь него, ощущая его на своем языке.

Впереди тоннель резко понижался, уводя еще глубже под землю.

— Всем держаться вместе! – окликнул Грей. – Смыкаем ряды!

Элли нагнала двух членов экипажа «Полар кинг», Омрына и Харпер. Перед ними Анна и Джейсон шли следом за Греем и Сейхан.

Скользящие по стенам лучи фонариков освещали повсюду вырезанные изображения. Быстро стало очевидно, что мотивы украшений тронов повторяются по всему проходу. Слева по поверхности стен плавали морские существа. Справа тянулись густые заросли, переплетенные унизанными острыми колючками лианами, с обилием самых разных цветов.

— Что все это означает? – шепотом спросила Анна, озираясь по сторонам.

Внезапно остановившись, Джейсон шагнул к левой стене.

— Не знаю. Но посмотрите на этот тотем! – Он склонился ближе. – Его поместили в отдельной нише, словно он имеет важное значение…

Все обступили его. В углублении находилась скульптура, изображающая красиво разукрашенного кита. Глаза морского гиганта казались печальными.

— Balaena mysticetus, – произнес нараспев Омрын. – По-английски «таинственный кит».

— Или, как он больше известен, гренландский кит, – добавила Харпер. – Эти исполины водятся только в полярных водах. Продолжительность жизни гренландского кита составляет до двухсот лет, что делает его самым долгоживущим млекопитающим.

Грей провел пальцем по спине тотема.

— Судя по качеству работы, гиперборейцы очень почитали этих животных.

— Гренландских китов почитают все северные народы, – поправил его Омрын. – В частности, у чукчей множество мифов и легенд, связанных с этими морскими великанами.

Тем временем Элла прошла дальше, привлеченная другим скульптурным изображением. Прямо напротив тотема-кита стена была покрыта затейливой резьбой, изображающей странные цветущие растения с утыканными шипами стеблями. Внешне они очень напоминали те, что были вырезаны на одном из тронов. Но только эти были прорисованы так тщательно, как на рисунке из учебника ботаники, с такими мельчайшими подробностями, что растения, казалось, выросли прямо из стены, после чего окаменели.

Изучая барельеф, Элла ловила себя на том, что уже видела эти растения, изображенные иначе.

Она привлекла внимание своих спутников, продолжавших разглядывать тотем-кита.

— По-моему, – сказала Элла, посветив фонариком на стену, – это те самые растения, рисунки которых мы видели в древнегреческой рукописи. На странице, подписанной словом sarkophagus. Или «поедающий плоть».

Достав свой планшет, Грей вывел на экран соответствующий рисунок и поднес к барельефу.

— Вы правы, – согласился он. – Это одни и те же растения. Вплоть до отходящего от одного из них отростка.

Он оглянулся назад. Элла поняла, о чем он подумал. «Тела в шатре».