Книга Зов лисы, страница 83 – Валерий Горшков

На высыхающем от старости грушевом дереве висел мятый алюминиевый рукомойник. Рядом с ним вбитый в ствол гвоздь держал полотенце. А ещё на одном гвозде повыше висела белая кепка с серой эмблемой в виде смайлика-истукана. Точно такая же, как у одного из пропавших подростков.

Ноги задрожали. Дёрнувшись от звука проехавшего мимо автомобиля поисковиков, Агата огляделась. Сювеярви оставалась пуста. Даже тётя Наташа уже закончила ежевечерний полив цветов и ушла домой.

Агата заблокировала колёса отцовской коляски и, сняв кожаную петлю, удерживающую калитку на заборе, юркнула внутрь. В два скачка она добралась до скамейки и приподняла с неё туристическую сидушку. Страх подтвердился: она была раскрашена под кинохлопушку. Такую же сидушку Агата видела у хамоватого подростка из тех, что пропали.

Вернув находку в изначальное положение, она выскочила на улицу, набросила петлю калитки на забор и толкнула коляску. Та не поддалась — лишь прошипела заблокированными колёсами по пыли. Оглянувшись в страхе увидеть приближающегося деда Матвея, Агата сняла тормоз и поспешила домой.

Прогулка не принесла облегчения — наоборот, всё усугубила. Агата надеялась, что её метания между логикой, мистикой и безумием прекратятся, когда появится достаточно фактов в пользу истинной версии происходящего с ней, но всё оказалось сложнее. Она настолько помешалась на потустороннем, что рационально мыслить уже не могла. А до этого искала причину пропаж в геологии и природных аномалиях, в то время как реальной причиной мог оказаться простой человек. Притворяющийся безумцем старик.

Факты говорили об этом, и заметить их можно было уже давно, если бы Агата не шла на поводу у собственных заблуждений. Но вместо здравой оценки происходящего она предпочла верить в шаманов и паранормальные явления в деревне. Не было никаких доказательств, что гул от озера действительно существовал, что свет в пустом доме Тихоновых зажигался на самом деле, что шипящее в котельной радио в этот же момент начинало сбоить.

Стоя на пошатывающемся скрипучем полу посреди своей комнаты, Агата гадала, могла ли в таком случае она доверять тому, что увидела во дворе деда Матвея? Вдруг и кепка с сидушкой — точно такие же галлюцинации, как звон Тунельмы и «немой путь»?

Включившийся на зарядке новый телефон подсказал, что нужно было делать. Схватив его, Агата выскочила на улицу и вновь направилась к дому Матвея. Она намеревалась сфотографировать вещи пропавших подростков, чтобы, во-первых, самой убедиться в их существовании, а во-вторых, позже показать участковому. Однако, когда она дошла до калитки, все улики исчезли. Не осталось ни кепки на дереве, ни сидушки на скамейке.

Первый утренний автобус до Петрозаводска приходил на остановку Калмаранты в без малого пять утра. На нём и решила ехать Агата, не желая откладывать неизбежное. Ей требовалась профессиональная помощь — отрицать это становилось опасно. Она уже не могла быть уверена в том, что видела на самом деле, а что ей чудилось.

Рекомендованный Лилией Семёновной психотерапевт Пётр Лукин согласился принять её, но наотрез отказался консультировать дистанционно. Агата рассудила, что так даже лучше — иначе за беседу с врачом в её состоянии вообще можно было принять разговор с выключенным телефоном.