Книга Зов лисы, страница 88 – Валерий Горшков

Но Агата уже не могла верить во что-то одно. Скорее, склонялась к совокупности всего сразу.

Могла ли она сходить с ума? Определённо могла. Загадочные звуки по радио, предметы, которые исчезали и появлялись где им вздумается, странный повторяющийся сон с живой тьмой, выпрастывающейся гибельным шлепком из разлома в пространстве и пожирающей её. Всё это вряд ли мог породить здоровый мозг.

Существовало ли потустороннее? Однозначно да, ведь мужчина, который привозил её и лесного двойника Захара Акунича в Шокшу, исчез. Он должен был вернуться утром домой из Петрозаводска, его машину нашли под окнами, а вот сам он не оставил ни следа, будто вообще не выходил из неё. Что это, если не мистика?

Были ли в Прионежском районе природные аномалии? Очень даже: вечно покрытая туманом Тунельма, гудящая в одно и то же время каждый вечер, сходящая с ума электроника, странные ощущения в определённой зоне, пересекающей лес. Вполне физические проявления чего-то фундаментального для этой местности, задающего правила самому существованию здесь.

Агата считала совершенно неважным соотношение между этими тремя составляющими её реальности. Одно могло проявляться сильнее, другое — слабее. Но всё это каким-то образом переплеталось друг с другом и имело одинаковые причины. И чтобы разобраться, следовало искать во всех направлениях. Вдруг знание правды как-то способно всё это остановить?

Вот Агата и пыталась разбираться. Начала она с участия в поисках пропавших подростков. Пока она посещала инструктажи и подключалась к работе с другими потеряшками, постоянно расширявшаяся область прочёсов начала подбираться к зоне трёх координат, указанных её отцом, бывшим участковым и шаманом.

Как раз близостью к этим точкам, вероятно расположенным на месте каких-то природных аномалий, рациональная часть сознания Агаты и объясняла выход из строя аппаратуры. Правда, это не давало ответа на вопрос, почему бесилась только её техника. И здесь уже подключалось магическое мышление — Агата считала себя настроенной на тонкие миры. Ну а чудящиеся временами шорохи и вонь перегноя уже точно были помешательством.

Не нарушать цепь Агате помогала хорошая ночная слышимость в лесу. До неё долетали отзвуки радиопереговоров, по которым можно было догадаться о командах. Шла Агата также ориентируясь по звукам шагов в темноте справа и слева от себя, корректируя направление по отблескам чужих фонарей.

Самой ей свет для поиска ребят нужен не был — она полагалась на ощущение пустоты в направлении трёх координат и была уверена: появление перед собой потеряшек она уже почувствовала заблаговременно.

Впереди находился некто посторонний, и по ощущениям будто даже не один, но пока трудно было понять, сколько именно человек. Подвижные сгустки темноты, указывающие на чужое присутствие, росли с каждым шагом, оставаясь почти неподвижными. Вдруг Агата начала слышать голос. Она замедлилась и старалась шагать беззвучно.

— Я найду, нужно ещё время, — кряхтел пожилой мужчина.

Ветка под подошвой Агаты предательски хрустнула. Отзвук выстрелом пронёсся вперёд, и говорящий смолк. Скрываться смысла уже не было.

Постучав по барахлящему фонарику, Агата заставила его неровно заморгать. Пошарила вспышками луча впереди и попала прямо в лицо стоявшему посреди леса деду Матвею, смазав его потоком света. Охнув, тот запоздало заслонил глаза.