Книга Запрет на браки в Чосоне. Том 3, страница 39 – Чхон Чжихе

— Позвать госпожу Чон.

По приказу министра военного ведомства в тронный зал с опущенной головой вошла высокая, худощавая служанка.

Хон не узнал ее, а вот советник узнал тотчас же. Эта служанка была среди тех, что участвовали в государевых «учениях» по распознаванию лиц. Неужели именно она и открыла рот?

— Ваше Величество, помните ли вы эту служанку?

— Я не обязан помнить всех служанок во дворце, – сухо ответил Ли Хон.

— Тогда, прошу, запомните ее сейчас.

По знаку военного министра девушка низко поклонилась и вышла из зала.

— Сейчас перед вами встанут пять девушек.

И действительно, вскоре пятеро служанок выстроились перед троном в один ряд.

— Прошу, укажите на ту, что вошла первой.

— Министр, ты насмехаешься надо мной?!

— Ваше Величество, эти женщины – не посторонние. Все они участвовали в упражнениях, что вы проводили лично. Каждая служит вам не первый десяток лет.

По залу пробежал гул, сановники переглянулись. Главный советник сжал кулаки до хруста. Он знал – король Ли Хон уже не раз терпел неудачу в подобных испытаниях.

Взгляд короля метался от одного лица к другому.

— Если вы ошибетесь, – произнес министр холодно, – то я попрошу вас отказаться от участия во втором этапе отбора и передать окончательное решение остальным членам совета.

— Как ты смеешь…

Тяжелая, вязкая тишина обрушилась на зал. Слова министра, резкие и вызывающие, рассекли воздух, словно клинок.

Он, кто всегда действовал из тени, знал: сейчас нужно действовать напористо. Цель его была одна – публично заставить Ли Хона отказаться от личного участия в отборе.

— В противном случае, – продолжил он, – мы вынесем этот вопрос на общее обсуждение и потребуем отложить повторный отбор, вернув его под ведение внутреннего двора.

Напряжение между королем и министром, казалось, можно было резать ножом.

Министр ждал, что государь ошибется. Что не сумеет узнать нужную девушку. Ведь стоило Хону проиграть – и вся власть в деле отбора переходила к нему, а остальные судьи уже давно были на его стороне.

Все взгляды устремились на короля. Удастся ли ему угадать? Лицо было не самым обычным, с острыми скулами, такое трудно забыть. И все же…

Хон медленно поднял голову, еще раз внимательно оглядел пять лиц и глухо произнес:

— Вторая слева.

Шум пробежал по залу. Все взгляды метнулись к ряду девушек. Хон невольно затаил дыхание.

И тут – голос министра, тихий и ледяной, будто змея скользнула по полу:

— Неверно, Ваше Величество.

Главный советник издал сдавленный стон. Столько трудов – и все напрасно. Слухи о слабости государя теперь подтвердились на глазах у всего совета.

— Отныне вы не вправе участвовать в отборе, Ваше Величество.

Хон зажмурился. Он не мог согласиться – но и возразить не мог.

Удар пришелся в слабое место, слишком точно, слишком ловко.

— Все это происходит из-за вашего душевного и телесного недуга, – произнес министр с притворным сочувствием. – Да дарует вам Небо скорейшее исцеление.

«Душевного недуга…» – Слова резали слух.

Какая ирония: именно сопровождение придворной врачевательницы во время предыдущего этапа стало оружием в чужих руках.

Соран сидела в королевской опочивальне, сцепив дрожащие пальцы, и с тревогой ждала возвращения Ли Хона.

Он вернется – и она расскажет ему все. Все. Расскажет, кто пытался убить ее и почему та, кто пользуется именем Е Хёнсон, ни в коем случае не должна участвовать в следующем этапе отбора. Она медленно, по порядку изложит длинную повесть своей жизни – и, пав на колени, будет умолять, чтобы Хон вычеркнул Хёнхи из списка.