Книга Маринкина башня, страница 33 – Мира Форст

Но она все же возразила ему.

— Вы заблуждаетесь в том, что русские с восторгом воспримут реформы, да и вообще, согласятся на них. Вы не думаете, что русских все устраивает? А даже, если и нет, они лишь из одного чувства противоречия отвергнут все, что предложат им чужаки.

— Агнес, — снисходительно посмотрел на нее пан Юрий, — ты же понимаешь, что такое дело, какое задумано сейчас, не могло быть затеяно без московских сторонников? Многие на той стороне готовы к переменам, и мы их дадим.

В таких беседах перед Агнешей весьма полно раскрывалась личность отца Марины. Она все больше убеждалась, что он потрясающе незаурядный человек. Несмотря на то, что воеводе было уже пятьдесят шесть лет, что страдал он от лишнего веса и приступов подагры, от него исходила такая жизненная энергия, что ему удавалось увлечь своими прожектами любого.

Историк Горелик в своей лекции представлял Мнишека жестким, амбициозным, беспринципным, властным, коварным интриганом. Возможно, так и было. Но Агнеша узнавала его и с другой стороны. Пан Юрий дал прекрасное образование всем своим детям[5]. Он являлся щедрым меценатом в отношении художников, ученых и поэтов, строил храмы, причем не только католические, но и православные.

— Ганя, ты жила в России? — как-то спросил ее Ворон.

Он почти всегда присутствовал во время ее разговоров с паном Юрием. Не вмешивался. Но слушал внимательно.

— Почему ты так решил?

— Ты слишком осведомлена о психологии московитян. Умеешь писать по-русски. Говорить тоже? Ведь так?

— Так, — поддавшись какому-то порыву, по-русски ответила Агнеша.

— Как оказалась в замке Мнишеков? И зачем? — прищурился Ворон.

Они стояли на лестничном пролете между этажами. Поблизости никого не было, и никто их не слышал.

Агнеша встала на ступеньку так, чтобы оказаться вровень с его лицом. Зашептала:

— Не могу сказать. Но поверь, я никому не причиню вреда. И исчезну так же, как появилась.

— Исчезнешь? — дотронулся он до ее лица.

Его широкая рука касалась щеки, губ. И Агнеша поцеловала мужскую ладонь.

— Агнес! — совсем близко раздался счастливый голос Ефросины.

Девочка стремительно поднималась по лестнице.

Агнеша отпрянула от Януша.

— Агнес, представляешь, — запыхавшись остановилась возле нее Ефросина, бросив кокетливый взгляд на Врону, — царевич Дмитрий едет в Самбор. Уже завтра будет здесь.

Януш пристально глядел на Агнешу.

Размышляет, что может связывать меня с Дмитрием, — решила девушка.

— А ты хочешь на него посмотреть, да? — поняла она причину радости Ефросины.

— Хочу. Ведь в марте, когда ему показывали Марину в Саноцком замке, меня с собой не взяли. Теперь уже май, а я до сих пор не видела царевича.

— А что, Станислав с Софией тоже приедут? — как бы между прочим спросила Агнеша.

Станислав, с которым Агнеша успела подружиться, уехал из Самбора месяц назад. С тех пор она его не видела и даже немного скучала по веселому и легкомысленному толстяку, который не скрывал своей любви к роскоши и праздной жизни.

— Конечно. Им уже отправили весточку.

— Агнес, вот ты где, — появилась на лестнице Марина.

— А я уже сообщила новость! — с вызовом посмотрела младшая сестра на старшую.

Марина проигнорировала Ефросину и обратилась к Агнеше.

— Агнес, помоги пожалуйста. Мне надо, чтобы ты увидела, в каком платье встречать царевича.