Книга Попаданка. Седьмая казнь дракона, страница 89 – Лилия Тимолаева

Мерод повернулся к командиру.

— Ты нарушаешь приказ перед всем городом.

— Я исполнял ваши приказы достаточно долго.

Гектор снял нагрудную пластину с печатью стражи и бросил её на камень. Знак погас.

Его люди переглянулись.

Один за другим стражники начали снимать пластины. Не все. Часть сохранила строй вокруг помоста, однако сомнение уже прошло по рядам.

— Вы верите испуганной девушке и дракону, осуждённому за убийство королевы? — голос Мерода усилили пластины. — Посмотрите на исчезнувший район. Это результат их выбора.

— Покажи людям механизм, — ответил Гектор. — Покажи кресло, к которому сходятся украденные дни.

На лезвии вспыхнуло его имя.

Воспоминание перешло от клинка к золотым пластинам.

Над площадью вместо южного рынка появилось сердце чёрного солнца. Люди увидели три кольца, чёрную сферу и кресло, соединённое нитями с исчезнувшим районом. Увидели даты на подлокотниках и лица Мерода, который старел, а затем становился прежним после получения новых дней.

Толпа замолчала.

Мерод вскинул руку, пытаясь погасить изображение.

Я удержала клинок.

— Ты сам связал оружие с городом. Теперь город увидит всё, что хранится в нём.

— Опусти лезвие, — приказал он.

Ритуал рванул руки к Сайласу.

Я упёрлась ногами в камень. Свет охватил плечи, заставляя тело повторять движение казни. Сайлас поднял голову, но не отступил.

— Смотри на меня, — сказал он.

Я встретила его взгляд.

На лезвии загорелось имя торговца с южного рынка.

Площадь увидела первую казнь. Увидела меня, растерянную и не понимающую, почему держу оружие. Свет поглотил Сайласа, а вечером тьма уничтожила город.

Следующее имя открыло второй день: мой отказ, приказ Мерода и клинок, который поднял руки против воли.

Третье показало бегство к западным воротам.

Четвёрто — разговор с Гектором и запертую башню.

Пятое — мою попытку ударить Мерода.

Шестое — Сайласа в нижней камере.

Воспоминания сменялись над площадью одно за другим. Люди видели собственные смерти, бегство по улицам, закрытые дворцовые ворота. Видели, как просыпались утром и шли на казнь, забыв всё.

Крики изменились.

Теперь люди требовали ответов у Мерода.

— Это ложь! — объявил он. — Дракон подменяет ваши воспоминания!

Сайлас оставался в цепях и не использовал иллюзию. Каждый видел это.

Юна поднялась на первую ступень помоста.

— Я помню слова, которые просила себя сохранить. Чёрное солнце неподвижно. Оно никогда не защищало нас.

Женщина из толпы повторила:

— Я видела себя у дворцовых ворот.

Другой человек крикнул:

— Они закрылись перед нами!

— Я погиб на мосту!

— Мой сын был рядом!

— Сколько раз это происходило?

Голоса множились.

С каждым новым признанием имена на клинке меняли цвет. Золотые линии становились светлыми, освобождаясь от приказа толпы. Люди больше не требовали казни. Они вспоминали, что уже получали её и каждый раз погибали.

Узел под помостом проявился ярче.

Закрытый глаз открылся. В его центре я увидела переплетение трёх главных нитей. Красная шла к Сайласу. Золотая — ко мне и клинку. Чёрная поднималась к Мероду.

Вокруг них обвивались тысячи светлых связей города.

— Сейчас, — сказал Сайлас.

Я направила клинок вниз.

Мерод схватил меня за запястье.

Чёрное кольцо соприкоснулось с золотой линией на коже, и мир качнулся. Перед глазами возникла моя комната. Открытое окно, дождь, ключи на столе. На этот раз видение было ярче прежнего. Я увидела собственное тело на кровати и людей возле него. Их лица оставались размытыми, но голоса звали меня по имени.