Онлайн книга «"Л" значит Лили. Часть II»
|
Лили представила убегающую от метлы Петунью в кусачих шлепанцах — и невесело хохотнула: — Да уж, представляю... И передай мои поздравления мистеру Белби. Это просто замечательная новость. Ремус кивнул, щурясь от яркого солнца. И не заметил, как у него за плечом появился перевязанный бечевкой сверток — вынырнул из-за изгороди, потом спикировал вниз, задев заснеженную ветку, и наконец завис у него перед глазами, мягко покачиваясь в воздухе. Сверху шмякнулся комок снега — Лили едва успела убрать ногу. Садовый гном на калитке беззвучно расхохотался, запрокидывая бородатую голову и хватаясь за пухленький живот. — О! — Ремус покраснел. И пояснил — в его голосе слышалась плохо скрываемая гордость: — Ей еще не до конца даются чары левитации. Особенно такие, со сложной траекторией, когда не видишь, куда летит вещь. И, взяв из воздуха сверток, протянул его Лили. На коричневой вощеной бумаге сверкали искорки снега. — Тут шерсть? — спросила она, убирая сверток в карман. Судя по весу, не только... — Еще слюна и образцы крови. В двух экземплярах — второй взят у... э-э... самки, — Ремус потупился — от смущения у него порозовел кончик носа. — Деметра говорит, если Снейп хочет сварить зелье для женщины, то и ингредиенты лучше брать у существа того же пола. — Вы нашли для Северуса женщину-оборотня? Чтобы помочь ему вылечить мать? — Лили приподняла брови. — Ну, не совсем — скорее, она сама вызвалась... — пробормотал Ремус — но тут у него за спиной загремело и загрохотало, как будто в доме упало что-то тяжелое. Лили вздрогнула. На секунду в глазах потемнело, и она словно провалилась в полумрак театра — там сплетались разноцветные лучи, слышался треск заклинаний и выкрики авроров... Она моргнула, и день вернулся снова. Искрящийся на солнце снег, пушистая темно-зеленая хвоя, и над живой изгородью — нарядный домик, словно отлитый из жженого сахара... — Извини, мне надо спешить! Пока мистер Белби не вернулся из лавки... — в голосе Ремуса слышалось облегчение. Миг — и его как ветром сдуло. Только мелькнул край серой рабочей мантии, громко хлопнула калитка, а потом из-за нее донеслось: — Деметра, не трогай шкаф! Я сам все уберу! Лили осталась смотреть ему вслед. Сердце прыгало где-то в горле, пальцы сжимали в кармане перевязанный сверток, и жесткая бечевка колола ладонь, а под ногти забивались катышки. С чугунных прутьев калитки насмешливо смотрел садовый гном — скалился, топорща козлиную бороденку, издевательски сложив на животе длинные тонкие лапки. Его красный колпак отливал на солнце, точно керамическая шляпка мухомора. Вздохнув, Лили побрела обратно в Хогсмид. Обеденный перерыв подходил к концу, а ей еще нужно было где-то перекусить. Но есть совершенно не хотелось. * * * Дом встретил ее темнотой и холодной, неприветливой пустотой. И шорохом, и потрескиванием сторожевых чар — они копошились по углам прихожей, как голодные мыши, помаргивая то красными, то зелеными огоньками. Вешалка голенастой цаплей шагнула навстречу, принимая из рук зимний плащ. Лили скинула ботинки и прошла в гостиную — и зашипела сквозь зубы, едва устояв на ногах. Ч-черт... Вот же... чемодан преткновения — больно-то как, а... Впрочем, тут она сама себе главный злодей: нечего было срывать злость на ни в чем не повинной вещи и бросать его где попало. Он-то ей ничего не сделал — в отличие от сестры, которая закатила скандал и превратила безобидный подарок в жуткое преступление. Дорогой, между прочим, подарок: хозяин лавки догадался, что она магглорожденная, и заломил за свой товар вдвое. |