Книга "Л" значит Лили. Часть II, страница 165 – otium

Засмотревшись на них, Лили не сразу заметила, что прямо у нее под ногами начинаются ступени, ведущие к какому-то подвальчику. Старые камни скользили под ботинками, оказавшись истертыми до гладкости, и щели между ними затягивал мох — хорошо хоть не лед... Северус поддерживал ее под локоть, помогая спуститься, а потом взялся за позеленевшую от времени ручку и потянул на себя дверь.

Внутри оказалось тесно, но довольно уютно: простые беленые стены, низкий потолок с деревянными балками, грубо сколоченные стулья и такие же столики с золотистыми огарками свечей. В дальнем конце зала о чем-то переговаривались два волшебника в темных плащах; стену над ними украшала чешуйчатая голова виверны с закопченными черными ноздрями. За столиком справа возвышалась необъятная дама в крохотном токе с вуалеткой. Она скользнула по вошедшим неприязненным взглядом, нанизала на вилку кусочек рыбы и, всколыхнув всеми тремя подбородками, отправила его в рот.

Ни швейцара, ни официантов нигде не было видно, но Северус выдвинул стул и уверенно махнул рукой:

— Садись. Здесь неплохая кухня, да и вообще довольно приличный выбор морепродуктов.

Она расстегнула пряжку у горла и заозиралась по сторонам в поисках вешалки... и отпрыгнула на шаг, потому что стена зашипела, и из белой штукатурки высунулась треугольная змеиная головка. Боже! Это что еще за гадость? Но змейка выгнула черное тельце, превратившись в железный крючок; поколебавшись, Лили повесила плащ и повернулась к Северусу.

Он уже успел обойти столик и сесть напротив — и, нахмурив брови, сосредоточенно изучал желтоватый свиток пергамента. Лили опустилась на стул, и перед ней появилось второе меню. Она потянула за потрепанный край — на свитке одно за другим развернулись названия блюд с движущимися картинками. Тарелки медленно поворачивались по кругу, показывая готовую еду.

Закуски, супы, горячее... Вон те мидии в горшочках вроде ничего, на вид довольно аппетитные. А цена... ого, вот это да! И Северус может себе такое позволить?

— Я угощаю, — точно уловив ее колебания, откликнулся он. — Должны же мы отметить выздоровление Сигнуса Блэка, — и постучал палочкой по меню, выбирая блюда.

А, наверное, Блэки ему заплатили, вот он и хочет устроить праздник на первый крупный гонорар. Пожав плечами, она заказала мидии в горшочках, подождала, пока оба меню замерцают и исчезнут, и тихо спросила:

— И еще предложение целителя Хопкирка, да? Кстати, ты его примешь?

— Ну, сначала мне нужно кое-кого спросить, — он рассеянно потер предплечье. — Не исключено, что я просто заплачу за обучение, и все — карьера диагноста меня как-то не прельщает. Да и «Малый свод», опять же... Если я пойду по тому пути, что предлагает Альберт Великий, у меня есть реальные шансы через несколько лет получить remedium magnum.

Ничего себе! Даже так? Она приподняла брови, но тут послышался хлопок, и перед ней появился бокал на высокой ножке. Потом такой же бокал возник перед Северусом, а через мгновение в воздухе повисла большая пыльная бутылка.

Поднатужившись, бутылка выплюнула пробку и принялась разливать по бокалам белое вино. На зеленом горлышке играли рыжие блики, и пузатый огарок на столе лизал воздух огненным язычком.

Лили подняла бокал за ножку.

— За тебя! И за избавление мистера Блэка от фамильной напасти, и за то, что они в кои-то веки повели себя, как нормальные люди, — понизив голос, сказала она и пригубила вино.