Книга Лекарь. Эльфиек в жены не предлагать, страница 27 – Тэя Мор

— Эй, Важек, — Тайлер пнул друида. — Я знаю, что ты не спишь. Поэтому слушай внимательно. Если мне придётся уйти на полдня в деревню, а это, скорее всего, так, ты поднимешь свой худосочный зад, приготовишь завтрак, накормишь своих выродков и мою эльфийку. Я оставил на столе отвар, его нужно давать Элиа каждый час. Понял?

— Неа, я сплю…

В дверь отчаянно заколотили с удвоенной силой. Тайлер выругался и громко рявкнул:

— Иду я. Минуту подождите, скотины неблагодарные.

— Иди-иди, — сквозь зевок пробормотал Важек. — Я там разберусь со всем попозже…

— Конечно, разберёшься. Иначе я тебе голову отгрызу.

— Не отгрызёшь. Я тебе ещё нужен.

— Хочешь испытать судьбу?

— Хочу спать.

— Делай что хочешь, но эльфийка должна быть накормлена и напоена настойкой. И за детьми своими следи, если хоть один волос с её головы упадёт, вылетите всей семьёй на улицу. А погода сейчас не особо располагает к бродячей жизни.

Продолжать дискуссию Тайлер не стал, пнул Важека ещё разок для закрепления информации и быстрым шагом отправился к двери. На пороге обнаружился промокший с головы до ног тощий паренёк — плащ не защитил от разошедшегося ливня, благополучно смывшего все следы ночного пиршества. Кости Важек закопал где-то в лесу.

— Чего надо? — без приветствия буркнул Тайлер и невольно поморщился, рассматривая в предрассветной полутьме «болото» на месте своих грядок.

— Утро доброе, господин лекарь… Меня это, послали к вам. Срочно. Сестра моя, Лия, рожать ночью вздумала, — затараторил паренёк, дрожа всем телом, не то от холода, не то от робости.

— И? В городе рожавшие бабы перевелись? Без меня уже совсем никак?

— П-позвали п-повитуху… но… не получается родить, крови много, бабка говорит: помрёт, если в ближайший час не разродится. Меня к вам отправили просить помощи. Вы же эшшар…

— Думаешь, духи помогут твоей сестре ребёнка из себя вытолкнуть? — Тайлер фыркнул недобро, снял с крючка плащ и кожаную сумку, заранее собранную на экстренные случаи.

— Не знаю, господин лекарь, — прошептал мальчишка, опустив голову.

— А я знаю. Скорее всего, резать надо, а не духам молиться. Хватит сопли жевать, лучше дорогу показывай и молись своим богам, чтобы не померла пока мы в пути. Вот тебе и доброе утро. От Тишера, не иначе.

* * *

Элиа лениво зажмурилась и потёрлась щекой о мягкую шёрстку устроившейся у её головы кошки. Тело затекло и ныло, но в сравнении с минувшим днём почти не болело. Впрочем, пытаться перевернуться набок всё же не стоило, с губ сорвался тихий стон, острая боль спицей пронзила пострадавшее плечо.

«Насколько же тяжело жить людям? — невольно подумала Элиа, пытаясь найти ту самую позу, которая не приносила бы неприятные ощущения. — Они ведь в разы дольше восстанавливаются и боль чувствуют сильнее. Помню, она мне рассказывала».

Перед плотно зажмуренными веками пронеслось знакомое серое лицо в чёрных пятнышках. Душу охватила тоска, непреодолимое ощущение невосполнимой потери. Элиа так хотелаеё увидеть. Так хотела коснуться, почувствовать цельность души.

Тихое мурчание ненадолго отвлекло от грустных мыслей. Дишка прижалась тёплым тельцем к уху и положила холодную лапку ей на лицо. Доверяла. Элиа осторожно погладила её по спине и попыталась вспомнить, куда делся Тайлер. Кто-то приходил с утра… стучал.