Книга Лекарь. Эльфиек в жены не предлагать, страница 48 – Тэя Мор

— Я… помогу вам, — едва слышно прошептал Рубэлл, силясь приподняться на локтях, но Тайлер грубо уложил его обратно.

— Лежи, дурень. Ещё один помощник выискался. Мало мне одной неразумной, которая еле живая, а всё помогать стремится. Есть, пить побольше воды и спать ты будешь. Понял? Сейчас повязки наложу. Вставать не смей. Узнаю, что ослушался, вышвырну обратно в лес. И не пожалею, не мечтай.

* * *

Эллирэ прижалась лицом к щели с палец толщиной между запертыми дверями. Принюхалась — пахло навозом. В полумраке светлым пятном мелькала лишь блеющая коза да кусок забора. И если первое время удавалось спать, то последние часы она провела в каком-то кошмаре. Хотелось пить, есть и убедиться, что у Тайлера с детьми всё хорошо. Мысли о демоне не отпускали ни на секунду, во тьме сарая бесконечно мерещились пугающие силуэты.

Отвлекала лишь Дишка — тёрлась об ноги, мурчала, на колени несколько раз укладывалась. Да ещё и дохлую мышь на обед принесла. Есть её Эллирэ не стала, но на всякий случай у ведра припрятала. Думать о плохом не хотелось, но Тайлера не было слишком долго.

Звонкие детские голоса заставили подскочить с лежанки. Больше всего Эллирэ боялась, что возвращение хозяина дома — очередной мираж, обман переутомлённого разума. За день в сарае ей несколько раз привиделась сестра, один раз — Тайлер.

Скрип сапог, приказ мыть руки, долгожданный щелчок замка на дверях. Эллирэ рванула вперёд, навстречу свежему воздуху и широкому силуэту. От Тайлера пахло спиртом, в длинной чёрной косе застряли листья и мелкие веточки, между густых бровей пролегла глубокая складка. Щека прижалась к грубой ткани рубахи, пальцы вцепились в ремешок перекинутой через плечо сумки.

— Это ещё что за кошачьи нежности? — сурово буркнул Тайлер, но отпихивать её от себя не стал. — Говорил же, что вернусь. Чего переполошилась, дурында?

— Скучать. Эллирэ сильно скучать. И есть хотеть.

— Во-во, ну точно Дишка. Видать, покусала тебя.

— Нет. Дишка не кусать. Дишка мышь носить.

Эллирэ потёрлась носом о прохладную шею, ощущая невероятное облегчение. Смерть взаперти отменялась, впереди маячил горячий ужин и сон на тёплой печи в объятиях Тайлера, ведь упускать возможность побыть рядом она не собиралась. Жизнь определённо налаживалась.

— Видать, решила, что ты котёнок её неразумный. Ладно, хватит меня слюнявить, жрать пошли, ну и разговор у меня к тебе есть. Важный. Так что поднапряги свои тупенькие мозги заранее.

— Эллирэ не понять, что делать.

— Потому что тупенькая. Есть пошли, говорю.

Тяжёлая рука легла на плечо, похлопала. Вдалеке звонко перекрикивались дети, шумел лес и щебетали птицы, готовившиеся ко сну. Умиротворение и покой, вот только в голове внезапно раздался тихий, нежный голос:

«Спаси меня, Эллирэ».

— Эй, живая там?

Запах мясной похлёбки заполнил душное помещение. К горлу подкатил новый приступ тошноты, на языке ощущалась горечь, перед глазами плавали алые пятна. Слишком много энергии было потрачено, тело сковал холод. Удар металла о металл. Стучали рукоятью ножа по клетке. Боль пронзила виски.

— Хватит дохлятиной притворяться, жрать иди, сказал!

— Я не собираться жрать эту мерзость, — каждое слово давалось с трудом, но мерцающий алым ореол энергии вокруг человека отзывался ядовитой радостью. Злился. А сделать ничего не мог, разве что убить, но от живого горного эльфа проку больше.