Книга Лекарь. Эльфиек в жены не предлагать, страница 51 – Тэя Мор

Вот только сердце разрывалось от желания наконец освободиться, ведь за свою долгую жизнь она ни разу не имела возможности в полной мере что-то решать. Была лишь тенью без права голоса. Когда-то это казалось правильным и единственно верным, теперь же, пожив несколько дней вдали от сестры, Эллирэ осознала страшное — даже рядом со сварливым Тайлером она чувствовала себя лучше.

«Нельзя так думать, нельзя», — одёрнула сама себя, шагая к сараю. Вот только сбежать от собственных рассуждений не получалось.

— Ну что, дармоеды, готовы приносить пользу обществу? — Тайлер с грохотом опустил на покосившийся стол горячий чугунок с похлёбкой из овощей.

— Обществу по защите вымирающих полуразумных видов? — буркнул Важек из своего угла.

— Именно. Горные эльфы тоже заслуживают свободы и нормальной смерти. А эта девка меня уже достала. Всю ночь её полоумной сестре с печки навстречу приключениям свалиться не давал, не было б такой холодины — в сарае запер.

Тайлер демонстративно зевнул и сел на табурет у стены. Спать действительно хотелось, прогулка по болоту в ветреную погоду совершенно не взбодрила. На небе вновь собирались тучи, а голые деревья уныло склоняли свои ветви к земле. Хотелось завернуться в шкуру, завалиться на печь, да проспать пару дней до полного восстановления организма. Но нет же… записался в герои. Теперь приходилось расхлёбывать.

— Так, ты, — ткнул он пальцем в притихшего демона. — Готовься сегодня кошмарить толпу глупых людишек. А ты, — Тайлер сурово глянул на вжавшего в плечи голову Важека. — Пойдёшь дуру эту вытаскивать своими бесполезными ручонками.

— Я? В лагерь до зубов вооружённых браконьеров? Нет. Не пойду!

— Пойдёшь, — Тайлер оскалился. — И вытащишь. Живой или мёртвой — не суть важно. Хоть по кускам, но вытащишь.

— Ты меня плохо слышал, Тхэйлаар? — прошипел Важек, тоже оскалившись. — Я не пойду к браконьерам. Сам вытаскивай свою девку, если больно надо. Приютить — приючу на время, но в логово этих выродков не полезу.

— Какой же ты трус, Важек. Каким был, таким и остался. Родного ребенка в болоте потерял, эльфийке беззащитной помочь не хочешь. Самому-то от себя не противно? Сделай хоть что-то достойное в этой жизни. Хоть раз докажи самому себе, что ты способен вылезти из кустов и проявить себя, как мужчина.

— Зачем? — Важек криво улыбнулся. — Не вижу в этом смысла. Сам же говоришь — пропащий я. И спасённая девка ничего не поменяет. Да хоть сотня спасённых девок. Потерянное я уже не верну.

Поскрипывание деревьев, запах мокрого чернозёма, тишина — тяжёлая, выматывающая. Тайлер умом понимал причины, по которым Важек шёл в отказ, знал о семье и страхе перед браконьерами, догадывался, как ему тяжело. Но вот принимать не собирался.

— Так, Важек, — тихо сказал он, встав во весь рост. — Говорю один раз, повторять не буду. Ты оказываешь мне услугу и спасаешь Элиа или никогда… слышишь? Никогда не получишь помощи от меня. Никакой. Я тебе и слова не скажу. Ты перестанешь для меня существовать. И выживай как хочешь.

Конопатые щёки заметно побледнели, горящие золотом звериные глаза потухли. Что-то в пропитом разуме ещё шевелилось, взвешивало все «за» и «против».

— Вот и сдалась тебе эта незнакомая девка… — наконец, сказал, сжав пальцы в замок. — Ты её даже не знаешь, да и сестру её выпроводить поскорее мечтаешь. Так зачем рисковать? Одним горным эльфом меньше, другим больше. Не наша война.