Книга Ведовская. Говорящая с тенями, страница 199 – Анна Лерн

Мы миновали чугунную калитку и, свернув в сырой проулок, подошли к дожидавшемуся нас экипажу. Родин помог мне подняться внутрь и сел напротив. Всю дорогу он не проронил ни слова. А я была благодарна ему за это молчание. Сил на разговоры вообще не было.

Когда карета остановилась у моего дома, полковник прикоснулся к моей руке.

— Приехали, Татьяна Фёдоровна.

Я открыла глаза и улыбнулась.

— Спасибо вам.

Он помог мне спуститься на мостовую и мягко произнёс:

— Не стоит меня благодарить. И помните, что в первую очередь я считаю себя вашим другом, а уж после — сослуживцем.

— Вы тоже можете считать меня своим другом, - я сжала его руку. – До встречи, Александр Васильевич.

Я пошла к калитке, а Родин стоял у экипажа, глядя мне вслед, пока за мной не закрылась дверь.

Дом встретил меня заливистым лаем и звонким смехом Фимы. Совершенно позабыв о вчерашнем кошмаре, малышка носилась наперегонки с Зефиром и Рыжиком. Завидев меня, она замерла на секунду, а затем с криком «Мама!» бросилась навстречу. Я едва успела присесть, как она врезалась в меня, обхватив за шею горячими ручонками. Отстранившись, раскрасневшаяся Серафима выпалила:

— Мамочка! Прасковья говорит, что нам не хватает птичек! Чтобы пели по утрам! Давай купим птичек, мамочка? Ну, хотя бы парочку!

— Птичек? - я улыбнулась и, не выдержав, принялась щекотать её. - Ты же сама у меня как птичка! Маленькая, звонкая, непоседливая птичка!

Фима завизжала, извиваясь в моих руках.

— Нет, мама, настоящих! Жёлтеньких!

Я прижала дочь к себе, вдыхая аромат детства. Как же хорошо… Но сегодня меня ещё ждал непростой разговор с Победоносцевым. Ничего… И это пройдёт. Не съест же он меня, в конце концов.

Ровно в час дня к дому подъехала чёрная карета. Готовясь к этой встрече, я выбрала самое строгое из своих платьев. Серое, закрытое, без вышивки. Его украшал лишь белый кружевной воротничок. Не стоит раздражать взгляд обер-прокурора, когда он и так недоволен.

Константин Петрович принял меня в своём кабинете. Холодно ответив на моё приветствие, он указал мне на кресло:

— Присаживайтесь, Татьяна Фёдоровна.

Я села, сложив руки на коленях. Победоносцев взял свои очки и принялся задумчиво протирать их, не глядя на меня. Прошло несколько долгих минут, прежде чем он заговорил:

— Вы ведь понимаете, что ваше самоуправство могло привести к самым прискорбным последствиям? – Константин Петрович надел очки и в упор посмотрел на меня. - Безусловно, вы преподнесли нам чудесный подарок, усмирив это... исчадие ада. Но позвольте спросить: а что, если бы что-то пошло не так? Разве я не давал вам чётких и недвусмысленных указаний о том, что любое личное взаимодействие между Стражницами крайне нежелательно?

Я выдержала его тяжёлый взгляд и попыталась возразить:

— Да, я прекрасно это помню, Константин Петрович. Но ситуация требовала быстрого реагирования…

— Но это еще не всё! - резко прервал меня Победоносцев. - Как оказалось, у вас гораздо больше тайн от меня, чем я мог предположить, Татьяна Фёдоровна. И одна из них - Дмитрий Александрович Северский.

Я похолодела. Он знает о Диме! Но что именно?!

В этот момент в дверь постучали и обер-прокурор поднялся.

— А вот, кстати, и он.

В кабинет заглянул секретарь.

— Его Превосходительство тайный советник Дмитрий Александрович Северский, по вашему личному приглашению!