Книга Ведовская. Говорящая с тенями, страница 79 – Анна Лерн

Фасад приюта принца Ольденбургского выглядел строго: серые стены и высокие узкие окна, похожие на бойницы. Я вышла из кареты, и Григорий тут же начал выгружать коробки, громоздя их одну на другую. В вестибюле нас встретил швейцар и вежливо поинтересовался:

— По какому вопросу пожаловали, сударыня?

— Я Татьяна Фёдоровна Ведовская, - представилась я. - У меня есть небольшое приношение для воспитанников приюта.

— Прошу вас, присаживайтесь. Я немедленно доложу о вас Анне Павловне, - ответил он и удалился.

Я присела на узкую, обтянутую потёртым бархатом кушетку в приемной и тут же встретилась со взглядом Государя, строго смотревшего с портрета. Григорий топтался рядом.

Закрыв глаза, я сделала глубокий вдох и осторожно приоткрыла «дверь». Но сосредоточиться не успела: холодное дуновение скользнуло по моему лицу и слегка приподняло выбившиеся из причёски пряди. Приподняв веки, я увидела, как из бокового коридора вышла женщина. На ней было роскошное прогулочное платье из шёлка тёмно-синего цвета, расшитое тончайшим кружевом. В ушах у незнакомки подрагивали крупные бриллианты, а на шее поверх высокого воротничка сверкало колье. Она шла легко, почти не касаясь пола, и её взгляд на мгновение встретился с моим. Глаза женщины расширились, вспыхнули гневом. В этот момент вернулся швейцар. Его лицо оставалось бесстрастным, он даже не повернул головы в сторону богато одетой дамы. Словно её и не было.

— Анна Павловна ждет вас, - обратился он ко мне. - Прошу следовать за мной, сударыня.

Я поднялась, понимая, что только что увидела оперную диву, о которой ходили такие жуткие слухи. А она увидела меня и, похоже, не очень рада моему визиту. Хм… если призрак Бозио видим так же, как и призрак поручика, то он тоже подпитывается выбросом энергии. Неужели детской?

_____________

* Ma chère enfant - Мое дорогое дитя

* Мa mignonne - Моя милая

* Анжелина Бозио - оперная певица. Родилась 28 августа 1830 года в Турине в семье бедного певца-комедианта. В десять лет стала учиться в Милане у профессора Венчеслао Каттанео, затем вернулась на родину в Турин, где продолжила обучение у профессора Монтаны. В марте 1859 года поехала из Санкт-Петербурга в Москву, чтобы дать несколько концертов, но на обратном пути простудилась и заболела. Простуда переросла в пневмонию, и, проболев три недели, Бозио скончалась. Была похоронена 4 (16) апреля на привилегированном участке Святой Екатерины Выборгского католического кладбища. В 1939 году останки Бозио и надгробие были перенесены в Александро-Невскую лавру на Тихвинское кладбище.

Женщина, стоявшая к нам полубоком, поливала растение из медной лейки. Она повернулась, и её внимательный взгляд оценивающе обследовал весь мой внешний вид. Анне Павловне на вид было около пятидесяти. Тронутые сединой волосы уложены в гладкую причёску, лицо строгое и неулыбчивое. Платье из тёмной шерсти застёгнуто на все пуговицы до самого подбородка. На груди тускло поблёскивал массивный серебряный крест на длинной цепочке.Швейцар распахнул двери, и я оказалась в просторном кабинете. Первое, что бросилось в глаза — огромный раскидистый фикус в кадке. Его глянцевые листья почти закрывали дневной свет.

— Добрый день, Татьяна Фёдоровна? – холодно поприветствовала меня хозяйка кабинета. - Признаться, мы не часто видим молодых особ, решающих почтить нас своим вниманием. Прошу вас, присаживайтесь. Чем обязан приют вашему внезапному порыву милосердия?