Книга Ведовская. Говорящая с тенями, страница 83 – Анна Лерн

«Ваше Сиятельство, многоуважаемая графиня! У меня возникла просьба глубоко личного и весьма деликатного свойства, в которой лишь Ваше просвещённое участие и добрый совет могут стать мне опорой. Поэтому я решилась просить Вас о конфиденциальной аудиенции. С искренним почтением, Татьяна Фёдоровна Ведовская.».

Запечатав послание, я отправила его с Григорием и поднялась к себе. Но стоило перешагнуть порог комнаты, как меня охватило странное ощущение. Что-то было не так… Воздух стал колючим и холодным, а привычный шум улицы за окном стал приглушённым, будто доносился сквозь толстый слой ваты. Взгляд упал на стол, где была спрятана колдовская книга. Оттуда лениво выползали тонкие струйки иссиня-чёрного тумана. Я подошла ближе, выдвинула ящик и откинула шаль. Книга ожила. Она пульсировала... Тёмный туман вокруг неё сгустился, превращаясь в живое бархатное марево, манящее и пугающее одновременно. Руки словно перестали мне подчиняться. Стоило открыть первую страницу, как буквы на пожелтевшей бумаге дрогнули, потекли и начали складываться в причудливые движущиеся картины. Я видела ритуалы, которые проводились столетия назад, видела огонь и тени... В голове взорвался многоголосый хор: сотни шёпотов наперебой повторяли тёмные заклинания, рассказывали о древних обрядах, от которых по коже бежали мурашки.

— Татьяна, нет! - голос Адама у самого уха заставил меня вздрогнуть.

Я захлопнула книгу и обернулась. Поручик стоял рядом.

— Не касайтесь больше её. Книга притягивает вас, она чувствует вашу силу. Она хочет поделиться знанием, хочет, чтобы вы стали одним целым!

Я медленно закрыла ящик и спросила:

— А так ли это плохо, Адам? Если книга содержит знания, то кто мешает мне применить их во благо? Представьте, сколько душ можно спасти, сколько тайн раскрыть!

— Вы, несомненно, имеете огромный талант, ma petite amie,* - голос призрака смягчился, стал почти ласковым. - Но поверьте мне, её может удержать только очень сильный заклинатель.

Иначе тьма просто поглотит вас. Унесите её из дома. Или лучше всего: попросите сделать это кого-то из слуг. У них нет мистических талантов. Книга не сможет говорить с ними, не сможет их соблазнить.

— Хорошо, поручик. Я избавлюсь от неё, - ответила я, подумав, что, возможно, будет лучше, если отдать её Родину. Пусть они вместе с Победоносцевым сами решают, что делать.

Внизу хлопнула входная дверь. И вскоре Прасковья принесла ответ графини. Я вскрыла конверт и прочла:

«Уважаемая Татьяна Фёдоровна! Я буду искренне рада видеть Вас у себя. Жду Вас завтра к нашему домашнему обеду в час пополудни. Графиня Стречина.».

Я улыбнулась. Ну вот… возможно, разгадка тайны оперной певицы стала ближе.

Ближе к семи часам, я позвала Прасковью и, нарочито зевнув, предупредила:

— Ужинать я сегодня не буду. День был утомительным, голова тяжёлая. Прилягу пораньше, так что не беспокойте меня до самого утра.

Горничная сочувственно покачала головой и ушла, сказав, что если будет нужно, я всегда могу вызвать её. Как только за ней закрылась дверь, я скинула домашний халат и быстро надела тёмное дорожное платье и глубокий капор, который почти полностью скрывал лицо. Нужно было незаметно пройти мимо жандармов, которые наверняка охраняли дом.

Выйдя через чёрный вход, я выскользнула через неприметную калитку в узкий переулок, ведущий в сторону Сенной. Но останавливать первого встречного извозчика не стала, а прошла пару кварталов пешком, прежде чем нанять потрёпанный экипаж.