Книга Фамильные ценности, страница 130 – Бронислава Вонсович

Таким образом, приезд инора Зайделя внёс приятное разнообразие, потому что его Линдены не волновали вовсе, как и то, помиримся ли мы с ними.

— Инорита Вальдфогель, мы проверили вашу методику, — торжественно сказал он. — Она действительно даёт эффект. Пока, конечно, испытываем всего несколько дней и на одном пациенте, но уже видно, что ваша методика — то, что надо.

— Не моя, а инора Хайндриха, — поправила я.

— Нет-нет, именно ваша, потому что она имеет существенные отличия от методики этого шарлатана, — неожиданно ответил ректор.

— Мне казалось, я действовала строго по ней, — осторожно произнесла я.

— Вам казалось. Инорита Вальдфогель, я вам говорил, что вас ждёт будущее прекрасного целителя?

— Не говорили, — совсем растерялась я. — Почему вы так решили?

— Потому что вы интуитивно заменили неправильное заклинание в методике Хайндриха на правильное. И сделали это в двух местах.

Инор Зайдель жестом фокусника вытащил томик, в точности похожий на тот, где я вычитала методику по снятию орочьего проклятия с мага, и раскрыл в месте, заложенном голубенькой ленточкой.

— Сами смотрите, — предложил он. — И сравнивайте с вашими действиями.

Я вчиталась и застыла в изумлении. В самом деле, я поменяла заклинания при использовании и первого, и второго зелья. И сделала это, будучи уверенной, что выполняю всё строго по описанной Хайндрихом методике. Богиня, это недопустимое поведение для целителя…

— Какой ужас, — вырвалось у меня непроизвольно.

— В чём ужас-то? — удивился инор Зайдель. — В том, что вы поняли, что нужно изменить, чтобы методика Хайндриха заработала?

— Нет, в том, что я была уверена, что всё делаю правильно, а на самом деле…

— Вы всё делали правильно, — завершил предложение за меня ректор. — Инорита, у вас сработало шестое целительское чувство. Вы из целительской династии фон Кёстнеров, вас с детства окружала нужная литература, вот ваш мозг и запомнил всё правильно, а не так, как написано тут.

Инор Зайдель потряс книгой с явным пренебрежением, чего она, на мой взгляд, не заслуживала. Если бы не она, мне никогда бы не пришло в голову помогать Вальдемару с магией. И тогда к этому времени он остался бы без Дара.

— Возможно, перепутали при печати книги? — предположила я. — А инор Хайндрих не увидел.

— Действительно, она вышла после смерти автора, — неохотно согласился инор Зайдель. — У Хайндриха не было возможности проверить. Но именно вы, инорита Вальдфогель, дали жизнь этой методике.

— Не на пустом же месте инор Хайндрих её разработал, — не согласилась я. — Наверняка у него были пациенты.

— О них ничего неизвестно. Инор Хайндрих, знаете ли, был больше теоретиком. А у вас, напротив, есть вполне конкретный отважный пациент.

— Почему отважный?

— Не каждый согласится, чтобы на нём что-то испытывали.

Я промолчала, но про себя взмолилась Богине, чтобы Вальдемар никогда не узнал, что на нём проверяли неизвестную ранее методику. Подумать только, Якоб Хайндрих оказался теоретиком, то есть относился к самой непонятной для меня категории целителей — тех, кто придумывает что-то новое, но не использует. Инора Кунц была так убедительна, когда говорила о недооцененности своего приятеля, что у меня и мысли не возникло, что я могу оказаться первой, кто использует его разработки. Конечно, всё это хорошо закончилось, но больше — никаких экспериментов, только следование букве методик из проверенных источников.