Книга Вы всё жжёте! Часть 3, страница 28 – Бронислава Вонсович

— Ах да, Робер просил передать, что купол от прослушки ставить не будет, поэтому в застольной беседе ни о чём таком не говорить, что могло бы быть использовано Фаро против нас.

И он опять исчез, в этот раз насовсем. Зато появилась Франсина, которая тихонько заглянула и зашла, лишь убедившись, что я не сплю.

— Леди Николь, вы проснулись? Доброе утро, — бодро сказала она. — Мэтр просил вам передать, чтобы вы не опаздывали на завтрак.

— Я уже встаю.

— Замечательно. А правда, что вы вчера видели вдовствующую королеву? — с придыханием спросила она.

Отрицать то, что видели многие, и то, что уже наверняка дошло до ушей Фаро, было глупо, поэтому я подтвердила:

— Видела. Она меня приглашала для разговора.

Франсина с восторгом, которого наверняка не испытывала, прижала руки к груди.

— Богиня, не могу поверить! Вы видели королеву так же близко, как я вас сейчас. А что она вам говорила?

— Хотела выяснить, лояльны ли де Кибо правящему дому. Я уверила, что лояльны.

— И всё? — чуть разочарованно спросила экономка.

Не могла же она всерьёз рассчитывать, что я ей выложу про королевское сватовство?

— У нас был совсем короткий разговор. Я больше ходила туда-сюда, чем общалась с королевой. Мне кажется, эта встреча была только для того, чтобы показать, что королева против де Кибо ничего не имеет. А какой там был бал!

И я начала восторженно описывать всё, что вспоминалось. И даже то, что Люсиль удалось потанцевать с королём, не забыла рассказать. Слушала Франсина меня с кислым видом, немного оживилась лишь при упоминании короля, но и то, когда выяснила, что танцевал он с моей подругой, а на меня внимания не обращал, окончательно потеряла интерес.

— А к Её Величеству Его Величество не заглядывал, когда она с вами беседовала? — бросила она пробный шар.

— Мы беседовали без свидетелей, — почти не соврала я, после чего наконец отделалась от любопытной экономки и отправилась приводить себя в порядок.

На завтраке мы говорили о всякой ерунде. Шарль даже с чего-то начал вспоминать, какие именно композиции исполнял королевский оркестр, и заявил, что одна из скрипок постоянно выбивалась из общего лада. Я такого не заметила, но я и находилась в зале куда меньше.

— В моё время такого не было, — печально сказал Франциск и даже вытащил платочек, чтобы промокнуть слёзы. Самые настоящие призрачные слёзы, так похожие на настоящие, что и не отличить. — Измельчали нынче короли. Даже оркестр нормальный не могут себе позволить. И это на королевском балу.

Очень хотелось намекнуть, что кто-кто, а он точно не заметил бы фальшивящую скрипку, но останавливало присутствие экономки. Франсина почти не выходила из столовой, жадно ловя каждое слово. Я её не разочаровала, опять припомнила, что Люсиль пригласил король, но добавила, что с Базилем ей танцевать понравилось больше.

— Интересно, как они добрались? — внезапно спросил Шарль. — Пьер-Луи ужасно расстроился, когда обнаружил, что она с нами не едет.

— Потанцевать им всё-таки удалось, хотя Люсиль наверняка предпочла бы, чтобы он больше уделял времени ей, чем дяде. Пусть даже инор Бариль нуждался в помощи племянника.

— А как там инор Бариль? — спросил дедушка.

— Как обычно, противный, — ответила я. — Мне кажется, он нас ненавидит.

— Тебе не кажется, огонёк, — бодро сказал Франциск. — Но ты не переживай, он вообще всех ненавидит, не только нас. Работа у него такая, способствующая ненависти. Ну и учитывать надо, что его сынок на троне незаконно, а ты законность его заднице придавать не хочешь.