Книга Завещание инора Бринкерхофа, страница 39 – Бронислава Вонсович

— Я после этого зелья в себя прийти не успел, как оказался в храме и сказал «да», – он возвышался надо мной, как шкаф.

Огромный тяжелый шкаф. И такой же безмозглый.

— Гюнтер, уйди. Нас могут увидеть, и пойдут сплетни. Ты женатый человек, я – замужем. Даже если все было так, как ты говоришь, от этого ничего не изменится.

— Как это не изменится? – запротестовал он, наклоняясь ко мне. – Я ни слова не говорил о своих чувствах, пока ты не вышла замуж – не хотел портить тебе жизнь. Но сейчас-то мы можем тайно встречаться к взаимному удовольствию.

— Что ты такое говоришь? – Я так удивилась, что могла только глупо хлопать глазами.

— Я сниму здесь квартирку. Только для нас. Для тебя и меня. Ты будешь приезжать на выходные. Как тебе моя идея?

— Ты с ума сошел. Между нами ничего не может быть, – твердо ответила я.

— Я видел твоего мужа. Думаешь, я поверю, что ты его любишь?

Он выпятил грудь, чтобы произвести на меня более выгодное впечатление. Лучше бы втянул живот.

— Главное, что я не люблю тебя, – ответила я и с удивлением поняла, что это правда. Я не просто его разлюбила, он вызывал у меня гадливое отвращение. Мне даже находиться рядом с ним противно. – Отпусти же меня наконец.

— Не любишь? Не верю, – он довольно улыбнулся и наклонился еще ниже. – Ты на меня так смотрела, что сразу понятно, что ты не только любишь, но и хочешь. Что, не оправдал муженек надежд?

И с этими словами он попробовал меня поцеловать, но я собрала всю накопившуюся обиду и злость в кулак и резким движением снизу вверх стукнула его по подбородку так, что его голова даже немного запрокинулась. Он отшатнулся и в удивлении уставился на меня:

— Ивонна, да что с тобой?

— Запомни, Гюнтер, раз и навсегда. Я тебя не люблю. Я люблю своего мужа. И не вздумай больше подходить со своими бредовыми идеями. Ты мне противен.

Я брезгливо обошла его и направилась к выходу. Я хотела домой, мне невыносима была даже мысль, что я могу здесь задержаться хоть ненадолго. Теперь главное – с Клаусом не встретиться, мой кулак второго удара не вынесет. Я посмотрела на свою руку, кисть покраснела и начала опухать. Да, идея с проверкой на живых инорах оказалась не очень удачной…

Из дома я выбралась незамеченной никем из гостей. Правда, пришлось воспользоваться черным ходом через кухню. Кухарка ничего не сказала, но посмотрела странно. Еще бы, нечасто к ней забредают в бальном платье. Но я решила не переодеваться: нельзя слишком уж испытывать судьбу, и так очень повезло, что я добралась сюда, не встретив Клауса. Никогда больше не буду улыбаться кому попало. Горничная Элиза, постоянно бегавшая между кухней и залом, без лишних вопросов согласилась принести мне мою сумочку с деньгами, правда, посмотрела осуждающе. Стыдно мне не стало. Сбегать со свадьбы сестры некрасиво, но и находиться здесь я больше не могла. Родительский дом, казалось, стал тесен и давил, давил, давил, заставляя задыхаться. И когда я вышла на улицу, показалось, что с плеч свалилась гора, которую до этого я старательно удерживала.

В дилижансе, под мерное постукивание колес, я вспоминала неприятный разговор с Гюнтером и недоумевала, зачем я сказала, что люблю мужа, ведь ни о чем подобном я и не думала. И все же, надеюсь, что эти слова заставят бывшего жениха выбросить из головы грязные мысли, и он не будет больше подходить с подобными предложениями. Меня опять передернуло, когда я вспомнила его прикосновения. Как я раньше не замечала, какой он гадкий? Рука болела все сильнее. Я прижимала ее к груди, поглаживая второй, посылала всевозможные проклятия в адрес Гюнтера и хотела только одного – побыстрее оказаться дома. Меня немного лихорадило. Богиня, как же хорошо, что наша квартирка рядом со станцией, и не нужно далеко добираться.