Книга Под тенью белой лисы, страница 153 – Бронислава Вонсович

— Я размышляю, как мы будем добираться, а не как мне повидаться с вашим племянником.

— Извозчика наймем.

Лестница скрипела и прогибалась под его весом, трость долбила по ступеням, чудом не оставляя там выщерблин, но никто не выскакивал узнавать, что происходит: для жильцов дома лисицынское плетение полностью гасило издаваемые звуки. Нам же все было прекрасно слышно. И видно. В песцовском доме бурлила жизнь: бегали горничные, из кухни долетали весьма аппетитные запахи, в комнате, мимо которой мы проходили, двое господ обсуждали вчерашний спектакль, а издалека доносились звуки игры на фортепиано. Думаю, Песцову тут скучать не приходится.

Удивительно, но до самой двери мы ни на кого не наткнулись: не иначе как лисицынское плетение было с отпугивающим эффектом. А еще я для себя решила ни за что не соглашаться делать выход чужого телепорта в своем доме: пугает осознание, что некто может вот так прийти и его никто не заметит.

В нашем доме мы оказались быстро: и извозчик подкатил сразу, стоило Ли Си Цыну вальяжно махнуть рукой, и ехать оказалось совсем недалеко. Строго говоря, я бы дошла почти за такое же время. Я, но не мой спутник: было видно, что каждый шаг ему дается все труднее и труднее. Тяжелое прерывистое дыхание указывало, что сердце работает уже на пределе. Как бы в самом деле ему не понадобилась срочная целительская помощь…

Когда я появилась на пороге, Владимир Викентьевич метнулся ко мне с воплем:

— Елизавета Дмитриевна, а я уже думал, что вас украли!

— Мы думали, – мрачно сказал оказавшийся тут же Тимофеев. – Как же вы так, Елизавета Дмитриевна? Осторожней надо быть.

— Обидно было сразу остаться без главы клана? – сыронизировал Ли Си Цын. – Добрый вечер, господа. Доставил я вам вашу Елизавету Дмитриевну в целости и сохранности. Меня пригласят войти? – Он огляделся и хмыкнул с некоторым оттенком пренебрежения.

— Разумеется, Борис Павлович, проходите, – спохватилась я. – Только, боюсь, у нас не найдется стула, который бы вас выдержал. Те, что есть, знаете ли, и меня с трудом выдерживают.

— Сильный клан, да, – хмыкнул он и двинулся вперед, осматривая дом на предмет того, куда бы умоститься. Трость стучала все тяжелее и тяжелее.

— Потенциально сильный, – не согласилась я.

— Вы должны были учитывать мои потребности, приглашая в гости.

— Это получилось несколько спонтанно, – напомнила я. – Я не планировала вообще никого приглашать в ближайшее время.

Звягинцев и Тимофеев явно ничего не понимали из нашего разговора, хотя Владимир Викентьевич частью информации владел и уж догадаться, к кому я перенеслась, точно мог. Но увы…

— Елизавета Дмитриевна, вы пригласили Бориса Павловича в гости? – с ужасом спросил он. – Но нам его совершенно негде разместить.

— Ничего, я ненадолго, – буркнул Ли Си Цын. – Мне обещали целительское участие после ритуала.

— Разумеется, мы окажем всестороннюю помощь, – оживился Тимофеев. – Но это нужно было решать с нами, а не с Елизаветой Дмитриевной.

Он явно намекал на оплату, и это следовало немедленно пресечь. И мысли о том, что что-то можно обсуждать, не ставя в известность главу клана, тоже.

— Филипп Георгиевич, у нас с господином Ли Си Цыном договор, – холодно сказала я. – Который никоим образом вас не касается. Я вам очень признательна, что вы пришли поддержать Владимира Викентьевича, но сейчас в поддержке необходимости нет.