Книга Нечаянное турне, страница 43 – Бронислава Вонсович

Никогда бы не подумала, что мой собеседник воспримет эту пословицу буквально, намеком на свои отношения с Волковым.

— Я Песцов! – возмущенно взвыл он. – Извольте не забываться!

— Вы так усиленно на это напираете, что я невольно вспоминаю о признании духа, что двое выдают себя не за тех, – не сдержалась я.

Песцов замер, только его ноздри раздувались от едва сдерживаемого гнева и усы топорщились, как у кота, почуявшего мышь. Наконец он достаточно совладал с собой, чтобы высокомерно процедить:

— Филиппа, присутствие этой женщины меня оскорбляет! Мне еще ни от кого не хотелось так избавиться, как от нее. Увольте ее. Немедленно. Если вы опасаетесь неустойки, я ее оплачу.

Выговорив последнюю фразу, он заметно скривился, наверняка вспомнив, что уже всучил мне взятку, но, к моему уважению, предложение назад не взял. Мисс Мэннинг задумчиво поглаживала свой мех, не торопясь с ним соглашаться.

— А мне кажется, – томно протянула она, – что вы к Анне неравнодушны. Слишком уж сильно вы к ней придираетесь. По любому самому мелкому поводу.

Вывод был столь неожиданный и оглушающий, что Песцов потерял дар речи. Он стоял, разевая рот, как выброшенная на берег рыба, и никак не мог придумать, что же такого ответить, чтобы отстоять свою честь и не оскорбить певицу. Конец представлению положила кошка, как ошпаренная выскочившая на площадь и лишь чудом затормозившая почти у самых наших ног. Она выгнула спину, вздыбила шерсть, зашипела, словно могла этим испугать кого-то, кроме себя, и попятилась, не сводя с нас напряженного взгляда. На кого именно она смотрела, было непонятно, но мне почему-то показалось, что не на меня. Песцов раздраженно махнул рукой, отчего кошка подпрыгнула и сиганула вбок столь быстро, что я успела заметить лишь смазанную тень. Но ее страх словно остался и висел в воздухе. Сильный страх, который нельзя было объяснить обычной встречей с оборотнями. Как я успела заметить, в Ильинске домашние животные меня не боялись, во всяком случае когда я была в человеческом облике. Возможно, конечно, что волковские щиты так действуют на кошек, а возможно, эта кошка просто не совсем нормальная. Или вообще после встречи с Волковым, который никуда не ушел, а наблюдает за нами сейчас издали.

Похоже, над странностями кошкиного поведения задумалась только я, поскольку Песцов забыл о бедняжке сразу, едва та пропала из виду. Еще бы: у него имелся куда более интересный объект для наблюдения, на который он и перенес укоризненный взгляд.

— От вас, Филиппа, я такого не ожидал.

— А что вы ожидали? Что я откажусь от единственного переводчика и сдамся на вашу милость? – неожиданно сухо спросила мисс Мэннинг. – Это непредусмотрительно. Если вы наживаете таких врагов, как мистер Волков, я могу оказаться посреди снегов совершенно одна. Или вообще под снегами, если вы понимаете, о чем я.

— Мы с Волковым не враги, – запротестовал Песцов.

— Он так не думает. Мистер Волков… – Она пощелкала пальцами перед лицом, словно подбирая слова. – Мистер Волков сам решает, кто ему враг, а кто нет. Вы у него доверия не вызвали. Не стоило вам врать по мелочам, Дмитрий.

— Филиппа, да забудьте вы про это недоразумение. Речь сейчас не о Волкове, а о вашей переводчице. Я уверен, что она приносит нам несчастья. Наверняка именно это подразумевал дух, когда не мог выбрать ответ об успехе вашей поездки. Выгоните ее – и все пройдет безупречно.