Книга Между Сциллой и Харибдой, страница 98 – Бронислава Вонсович

Он смутился, но нырнул ко мне в одеяло, проворчав:

— Мне всё равно, где дежурить, донья.

Я прижала его к себе и почувствовала, как начинаю успокаиваться. Почему-то появилась уверенность, что сегодня до меня Теодоро больше не достанет. А завтра… Мало ли что случится завтра? Возможно, мурицийскому королю будет совсем не до меня. Во всяком случае, я очень на это надеюсь.

Утро выдалось прохладным, и у меня долго не появлялось желание не то что вылезти из-под тёплого одеяла, но даже нос из-под него высунуть. Одеяла были тёплыми, лёгкими и непромокаемыми. Продавец утверждал, что при изготовлении использовалась магия. Возможно, это было и так — моих знаний не хватало, чтобы подтвердить или опровергнуть это высказывание. Но мне было достаточно того, что они с блеском справлялись со своей задачей: утренняя роса так и осталась снаружи на одеяле, внутри было совершенно сухо. Подозреваю, что, если бы пошёл дождь, ко мне не просочилось бы ни капли.

Бернар так и лежал, прижавшись ко мне и прижмурив глаза. Я было решила, что он спит, но стоило мне шелохнуться, как он сразу встрепенулся и пропищал:

— Донья, не волнуйтесь, сеньор Рауль ещё далеко и даже не начинал к нам двигаться. У меня всё под контролем.

— Я даже не сомневаюсь, Бернар, — ответила я и погладила его по мягкой, шелковистой шёрстке. — Я вам очень признательна.

Конечно, он существо магическое, но всё равно живое. А живому существу приятны и похвала, и ласка. Глаза он прикрыл и распластался под моей рукой, лишь изредка приподнимая голову, чтобы его почесали между аккуратными круглыми ушками. Это было нужно и мне: ночные страхи окончательно отступили и перестали казаться страхами. Мне ли пугаться привидений и шастающих по чужим снам королей? Я гладила Бернара и всё больше уверялась, что я с такой ерундой непременно справлюсь. В конце концов, даже если Теодоро удастся меня вытащить, так я один раз от него уже сбежала, сбегу и второй.

В блаженном ничегонеделании мы с фамильяром провели ещё порядка часа, после сего я всё-таки встала, чтобы быть готовой к отъезду сразу, как подъедет Рауль.

Воду для умывания я выжала из воздуха. Зачем тратить драгоценную влагу из фляги, если при мне есть магия? Пить сконденсированную воду невкусно, но умыться ею — почему бы нет?

Перекусили мы остатками пирога, поскольку дружно решили, что нельзя дать ему испортиться. Пока он подозрительно не выглядел, но чем раньше мы его съедим, тем меньше вероятности, что с ним что-то случится.

Я свернула все одеяла в большой тюк, но на коня, точнее фуруса, водружать не стала, уселась на мягкую скрутку и заварила себе чай прямо в кружке. Бернар от чая отказался, грустно обнюхал оставшуюся от пирога бумагу и упрыгал в кусты, наверняка рассчитывая найти там себе десерт. И что-то мне подсказывало: десерт будет мясной.

Вернулся он, когда я уже допивала вторую кружку и отчаянно скучала. Из зрелищ была только дорога, по которой катили в город и из него разнообразные повозки. Фурусов было не так уж и много, основная масса лошадей двигалась относительно неторопливо, позволяя разглядеть во всех деталях и их, и повозки, и возчиков. Зрелище было не особо интересное: детали почти не отличались.

— Сеньор Рауль приближается к нам, — важно сообщил встрепенувшийся Бернар.