Книга Клановые игры, страница 76 – Бронислава Вонсович

И она на полном серьезе потащила меня из машины пинать колеса. Николай протестовать не стал, но все же я посчитала, что с этим важным делом Оленька справится и без меня, сама же с интересом уставилась в открытый капот. Увиденное впечатляло.

— Не думала, что в автомобилях тоже используется магия. А для чего это?

— Магия? – удивился Николай. – Вы о чем, Лиза?

— Но как же… – Я указала на слабую дымку, окутывающую металлический цилиндр неясного назначения. – Вот тут работающее плетение…

— Где? – Оленька отвлеклась от колес и вклинилась между нами. – Ничего не вижу.

И я даже не успела испуганно ойкнуть, как она деловито потыкала пальцем, сразу измазав его в чем-то темном и резко пахнущем. Палец проходил сквозь дымку и ничуть при этом не менялся. Сразу видно, что ей Владимир Викентьевич лекцию по магической безопасности не читал, иначе бы она пальцы куда попало не совала.

— Ты и не должна ничего видеть, ты же не маг, – заметила я.

— Здесь не должно быть никаких магических частей, – уверенно сказал Николай. – Лиза, вы можете это… изъять?

Изъять что? Я задумалась. Вряд ли изъятие этого металлического цилиндра пройдет без потери машиной двигательных качеств, наверняка он и без магической добавки весьма важен. Значит, плетение нужно отключить. Конечно, ломать – не строить, но нужно же сломать так, чтобы с плетением окончательно не сломался автомобиль, а то мы на дороге застрянем до утра. Вдруг запуск моего кривого щупа приведет к взрыву? Нет, так не пойдет. С другой стороны, плетение же было на что-то нанесено? Долго ковыряться в чужой машине вряд ли бы кто-то рискнул, поэтому, скорее всего, нанесено не на саму деталь, а на что-то рядом. И чем больше я всматривалась, тем больше мне казалось, что источник магических возмущений не сам цилиндр, а что-то за ним. Разглядеть ничего не удавалось, поэтому я все же решилась провести рукой и нащупала небольшую металлическую бляшку. Быть может, это тоже нужная часть цилиндра? Но я нажала посильнее, и она сдвинулась, сначала в сторону, а потом я потянула ее вверх, и вскоре в моей руке лежала круглая магнитящаяся пластинка, продолжавшая фонить во все стороны. Теперь я могла разглядеть, что работала не вся конструкция, а только часть. Вторая была неактивна, но, скорее всего, именно она выступала в роли маяка, по которому машину выключили.

Я отошла подальше от капота, Николай крутанул рычаг, и автомобиль опять мерно заурчал.

— Диверсия, значит, – мрачно сказала Оленька. – Наверняка Рысьины. Рассчитывают, что мы сейчас помучаемся-помучаемся и вернемся ни с чем. Нет, так это нельзя оставлять. – Она злобно фыркнула и почти сразу решила, на чем выместить злость: – Лиза, давай я это сломаю.

И протянула этаким требовательным жестом руку, в которую я ничего не вложила. Но не потому, что сомневалась в способности Оленьки сломать хоть мелкую, но железку, а потому, что даже не подозревала, что случится, если эта железка вообще сломается.

— Лиза, но нельзя же это выбросить просто так, целым, – начала уговаривать меня Оленька. – Вдруг оно отравит все вокруг дороги? Значит, нужно сначала сломать, а потом выбросить.

— Лучше выключить, – предложил Николай. – Оно же продолжает работать, так?

— Продолжает, – согласилась я. – Но я понятия не имею, как выключать.