Книга Клановые игры, страница 82 – Бронислава Вонсович

Снаружи помещение казалось маленьким, но мы шли и шли, а дорожка из огоньков бежала и бежала вперед, указывая путь. Хотелось спросить, долго ли нам идти, но вряд ли этот вопрос стоил того, чтобы нарушать царящую тут тишину. Даже наших шагов было не слышно, мы шли словно по ворсистому ковру, гасящему все звуки. Я взглянула на пол, но что там лежало и лежало ли, не было видно совершенно. Я не боялась, почему-то уверенная, что ничего плохого со мной здесь не случится.

Николай остановился столь неожиданно, что я чуть в него не врезалась, так увлеклась разглядыванием того, по чему мы шли. Только тут я заметила, что огоньки закончились, приведя нас к темной фигуре с неясными чертами, теряющимися в темноте.

Николай заговорил каким-то особым низким голосом, обычно ему не свойственным, выделяя каждое слово четкой паузой. И хоть слова казались знакомыми, но именно казались и не складывались во что-то понятное. Огоньки стали чуть тусклее, зато фигура засветилась мягким белым светом. Но засветилась как-то так, что был виден лишь силуэт, черты остались смазанными тенями.

— Хомяк привел Рысь, – голос был негромок, но звучал так, что чувствовался всем телом, даже казалось, что звучал уже не только снаружи, но и изнутри.

И взгляд, взгляд был таким же. Вроде бы и не задержался на мне, но прошел насквозь, просветив рентгеном. Стало неуютно, но спрятаться было некуда: за спиной Николая от Этого не спрятаться. Казалось, что Велес, если это был он, смотрел со всех сторон. С любопытством смотрел, но несколько отстраненным.

— Она не Рысь. Ее изгнали из клана.

Мягкое, почти невесомое касание и уверенное:

— Она Рысь.

— Неважно. Ей нужна помощь.

— И тебе.

— И мне. – Николай говорил спокойно. Хотя после того, как Велес заявил, что я все-таки Рысь, была заминка, но совсем краткая.

— Хорошо. Проси.

— Верни ей память.

— Неправильная просьба.

— Почему? Очень тяжело жить в мире, ничего о нем не помня.

— Об этом мире она ничего не вспомнит.

— Но раньше-то помнила.

— Не она. Та, в чьем теле сейчас эта душа.

Об этом я начала подозревать уже давно, и все равно услышанное так меня поразило, что я забыла все наставления и выскочила не то что из-за Николая, но даже перед ним.

— Вы хотите сказать, что это тело не мое?

— Теперь – твое. Той Елизаветы больше нет и не будет.

— Что значит: теперь – твое? Это неправильно. Мне не нужно чужого. Если это не мое тело, меня нужно вернуть в мое, а сюда – душу этого.

— Это невозможно. Твоего прошлого тела больше нет, а прошлая душа этого ушла на перерождение. И это для нее благо. Твоя же душа привязана к этому телу, и прочно привязана.

— Но почему?..

В голове вертелась куча вопросов, но были они столь невнятные и неоформленные, что спросить я смогла лишь так.

— Я вижу на тебе печать договора. Неисполненного.

— Какого договора? – насторожилась я, сразу вспомнив крутившиеся при первом осознании себя мысли. Договор и Светка, которую не нашли в моих знакомых. Точнее, в знакомых той Лизы, что была здесь до меня.

— Божественного. Блок на памяти тесно с ним связан. Я не буду его снимать.

— Не можете?

— Не хочу. Я не лезу в чужие договоры.

— И с кем у меня договор? И главное – о чем?

— Откуда мне знать?

— Вы же бог.

— Он тоже.

— Он сильнее?

— Я не лезу в чужие договоры. В ответ не лезут в мои, – коротко пояснил Велес.