Книга Клановые игры, страница 87 – Бронислава Вонсович

В защищенной комнате он тянуть не стал, спросил сразу, как только активировал защиту на помещении:

— Велес вам сказал?

— О чем? – насторожилась я, решив до последнего не признаваться.

— О том, что я виноват перед вами… Елизавета Дмитриевна. – Пауза была столь характерной, что, если бы я захотела заблуждаться и далее, у меня ничего бы не вышло. – Да понял я, понял, что он вам все рассказал. У вас лицо было такое…

Он вздохнул, потер лоб и продолжил глуховатым голосом враз отчаявшегося человека:

— Когда тело привезли, уже ничего нельзя было сделать. При таких заклинаниях повернуть вспять можно разве что в первые несколько минут. Дальше все. Но клятва Станиславу… Да не в ней даже было дело, я просто не мог смотреть, как вытекает жизнь из девочки, которую знал всю ее жизнь. – Он вздохнул. – Я должен был хотя бы попытаться. Я не мог просто смотреть, как она умирает, хоть и прекрасно понимал, что ее уже нет. Поэтому я использовал… немного незаконные способы.

Способы бывают или законные, или незаконные, третьего не дано. Но говорить этого я не стала – и без того поняла, что у Владимира Викентьевича будут неприятности, если кто-то узнает.

— И вы притянули меня.

— Не думайте, Елизавета Дмитриевна… – Он выставил перед собой руку останавливающим жестом. – Да, я знаю, что вы не она, но так всем будет проще. Так вот, не думайте, что я сделал это намеренно. Я хотел вернуть именно ее и, пока вы не очнулись, был уверен, что все получилось. Первый звоночек прозвучал, когда Агата Михайловна сказала, что вы очнулись, но твердите, что вы не Лиза. Но я тогда себя успокоил, что после такого потрясения провалы в памяти вполне вероятны. Мой коллега, обследовавший вас, сказал о полном стирании личности, но я-то к тому времени уже понял, что личность была, но не та, что должна быть, а значит, на памяти стоит блок. Учитывая, что Шитов ничего не обнаружил, я решил, что блок поставлен богом, которому не надо, чтобы что-то вылезло раньше срока. Я прав?

Я неохотно кивнула. Отрицать очевидное глупо.

— И что вы собираетесь теперь делать, Владимир Викентьевич?

— Если с вашей стороны нет возражений, я бы хотел вас удочерить, – неожиданно ответил он.

— Удочерить? – опешила я.

— В таком положении вы очутились из-за меня, – пояснил целитель. – Но исправить ничего нельзя, значит, нужно вам как-то помочь. Удочерив вас, я смогу делать это на законных основаниях. Потому что уже сейчас возникают вопросы к вашему проживанию в моем доме.

— От княгини Рысьиной? – уточнила я, сразу получив подтверждающий кивок. – Ой, Владимир Викентьевич, темните вы. Подозреваю, что ей нужно не выгнать меня из дома, а выбить клятву полного подчинения.

Он довольно странно на меня посмотрел и неожиданно восхищенно цокнул:

— Если бы я не был уверен, то сейчас уверился бы окончательно. Той девочке это и в голову бы не пришло. Более того, из опасений за свое будущее она бы уже точно принесла эту клятву. Но вы ошибаетесь, считая, что княгиня действует вам во вред, скорее она действует на пользу клану. Правда, не учитывая, что вы уже не та.

— Вы ей не рассказали?

— Разумеется, нет. Это и не в моих, и не в ваших интересах. Так что вы решили с удочерением? Как вы понимаете, без вашего согласия я не могу начать процедуру.