Книга Чтоб ты подавился!, страница 58 – Виктория Браунли

— Женщины вроде меня в ближайшие годы выйдут в авангард, а такие, как Карла, будут глотать пыль, летящую из-под наших ног, – возвестила она в пустоту комнаты.

И, высоко подняв голову, Джульетта покинула виллу – в облаке заблуждений и удивительно хорошем настроении.

Я не сильно удивился появлению Карлы на вертолете. Наверное, я был сбит с толку, и все же я ожидал от нее чего-то подобного.

Карла Дури любила держать людей в тонусе. Она без предупреждения могла нагрянуть на кухню ресторана или, замаскировавшись под простого посетителя, поужинать в своем же заведении. Я был ослеплен ложным чувством защищенности, предположением, что по крайней мере до утра мы в безопасности.

Et, non!^[36]

Карла скрылась в своем офисе, оставив нас на попечение своего соглядатая Макса; мы могли лишь гадать, как будет проходить долгожданное интервью.

Я уже жалел, что придумал такую потрясающую винную карту на ужин, потому что, несмотря на все мои намерения, я был слегка пьян. Меня утешало лишь то, что я был не единственным подшофе.

Макс озвучил порядок собеседуемых, и ко мне вернулась надежда.

— Бальтазар… Белль… Генри… Хлои.

Наверняка нас выстроили в случайном порядке, но я был рад, что не стал первым, особенно после внезапного отъезда Джульетты. Я не хотел идти на собеседование прежде, чем узнаю, почему именно ее отправили домой. Мне нужно было время, чтобы узнать о ее ошибках и сделать из них выводы. Джульетту отправили домой, но, помимо этого, Карла намедни уволила нескольких поваров в своем ресторане. Это что-то значило, я просто еще не понял, что именно.

В сопровождении Макса Бальтазар быстрым шагом направился в дом. Судя по его виду, он не нервничал, просто был готов действовать. Его уверенность породила во мне вопрос: он подозревал, что Карла может прибыть в любой момент? За ужином я не видел, чтобы он много пил, и теперь он казался вполне трезвым. Возможно, он был умнее, чем мне казалось.

Мы с Белль и Хлои остались на террасе.

Мы заказали кофе у простаивающих без дела официантов и налегли на чистую воду.

Я хотел было пересесть подальше от девочек, чтобы собраться перед собеседованием, но не смог устоять перед искушением поговорить с Хлои. Она выглядела взволнованной. Мне хотелось по мере возможности развеять ее страхи. Я чувствовал себя виноватым. Я придумал меню, включающее сильно алкогольный коктейль, который, как я знал, ей понравится. И если теперь она была пьяна, то в этом отчасти была и моя вина.

Казалось, Белль не смущена внезапным прибытием Карлы, она восприняла это как должное. Черт бы побрал этих самоуверенных калифорнийских девчонок. Моя мать была американкой, но я так и не унаследовал типичное для американцев беззаботное отношение к жизни. Можно вывезти мужчину из Парижа, но Париж из мужчины не вывезти.

— Какого черта случилось с Джульеттой? – наконец спросила Хлои.

— Это было жестко! – воскликнула Белль. – Не судите меня строго, но мне кажется, кто-то из охранников застукал, как она писает в саду. Я слышала, как это обсуждали официанты. Если честно, мне кажется, здесь повсюду глаза и уши.

Вспомнив наш разговор с Кристофером, я чуть не подавился кофе.

— Думаешь, ее поэтому исключили? – спросила Хлои, в чьем голосе сквозило и любопытство, и страх одновременно. – Не могу представить себе писающую в саду Джульетту.