Книга Чтоб ты подавился!, страница 94 – Виктория Браунли

Она осторожно положила сумочку и сняла туфли на каблуках. Потом, помедлив, стянула платье, попросив меня помочь ей с молнией. Она выскользнула из роскошной ткани и положила платье рядом с сумочкой. В свете луны, в одном белье, она была неотразима. Я с усилием заставил себя думать о береге, до которого нам еще предстояло добраться.

— Надо избавиться от дивана, – предложил я, осознав, как нелепо он смотрится на одинокой, отделенной от яхты купальной платформе.

Хлои с интересом посмотрела на меня.

— Лишний вес, – ответил я.

— А, точно. Оличная идея, – поддержала она, схватив платье и сумочку с дивана и помогая мне столкнуть его в воду. Он соскользнул с края, немного покачался на воде и угрожающе пошел ко дну.

Я слез в воду вслед за диваном. К счастью, вечер был теплый и температура воды была сносной.

Мы плыли в тишине, решив не обсуждать, насколько далеко мы находимся от берега.

Хлои отлично плавала, и к тому времени, как она попросила немного отдохнуть, мы уже проплыли довольно большую дистанцию.

Я помог ей взобраться на платформу, и она, немного помедлив, все-таки вытерлась платьем, глядя на ткань так, словно оплакивала потерю чего-то дорогого ее сердцу.

— Можешь надеть мой пиджак, если хочешь, – предложил я. Она явно замерзла. Трясясь, она с благодарностью приняла мое предложение. «Сосредоточься», – приказал я себе, с трудом переводя взгляд в сторону берега.

— Карла попадет за это в тюрьму? – спросила Хлои, растирая икры.

— У нее отличные связи, – мягко ответил я, понимая, что нам едва ли удастся обвинить Карлу в том, что она подвергла нас опасности, даже если правда выйдет наружу.

— Но у тебя же тоже отличные связи? – спросила она.

— Думаю, да, но что-то мне подсказывает, что соглашение о неразглашении поможет ей избежать наказания, – предостерег я, толкая платформу перед собой.

Хлои разозлилась.

— Не может быть!

— Есть некоторые причины, по которым ее мемуары настолько желанны, – начал я, впервые почувствовав усталость. – Люди отчаянно хотят узнать больше о ее личной жизни.

— Ты не думаешь, что это лишь часть ее замысла? Теперь ты не примешь предложение, даже если она отдаст тебе эту работу, – сказала она.

— Боже, конечно нет, – подтвердил я, уже мечтая поскорее вернуться в родной Le Cercle. Если, конечно, мы вообще доберемся до Парижа.

— Видеть ее больше не хочу, уж тем более с ней работать, – срывающимся голосом заявила Хлои.

Я плыл до тех пор, пока ноги не стали ватными, и только тогда сообщил Хлои, что мне надо сделать перерыв. Толкать платформу было утомительно, и, хотя я бы с удовольствем от нее избавился, я боялся за Хлои. Одна судорога в ноге могла нас утопить, поэтому нам нужен был хоть какой-то спасательный плот.

Мы лежали рядом на купальной платформе. Я чувствовал, как колотится сердце, и пытался выровнять дыхание.

— Ты мог предположить, что этим все закончится? – спросила она.

— Если бы мог, не поехал бы, – рассмеялся я.

— Когда мы поднялись на яхту, я уже начала сомневаться, а когда прочла сообщение Белль, то взглянула на происходящее под другим углом, – сказала она. – Но я даже предположить не могла, что Карла подвергнет нас опасности.

— Ты сильно хотела получить работу? – спросил я.

— Очень. Но теперь я понимаю, что ее предложение было слишком хорошим, чтобы быть правдой.