Книга По ту сторону любви, страница 138 – Эмили Кокс, Николь Аллен

Уже почти выбежав из двери, я торможу, возвращаюсь и рывком открываю верхний ящик комода, хватая Будду и пару недочитанных книг.

Проходя мимо кухни, я замечаю послание, которое папа оставил на доске на холодильнике. Я не заметил его, когда вернулся домой после выпускного, – было слишком темно. «Разбуди меня, когда придешь домой». Будить не пришлось. Интересно, как бы все сложилось, если бы он действительно спал, а не болтал с Кенной. Или повесил трубку двумя минутами раньше. Я бы никогда не узнал, что папа мне врет. Не побежал бы к Мэй. Не узнал бы о том, что с ней случилось, да и обо всем остальном тоже. Возможно, потерял бы ее. Никогда бы больше не увидел. Может, мне стоит радоваться, что папа встретил Кенну.

Я стираю сообщение отца тыльной стороной ладони, беру маркер и пишу: «Я ушел. Это мой выбор. Позже дам о себе знать».

Откладываю маркер и выхожу из Базы. Бегу по лестнице вниз, потом на улицу, несусь по переулкам, перепрыгивая через лужи. Каждый раз, когда вспоминаю дрожащую, избитую Мэй в душе, я ускоряюсь, а потом спотыкаюсь, вспоминая о фотографиях в телефоне отца. Вполне вероятно, что за мной следят. На меня могут наброситься прямо сейчас, и все, туши свет. С другой стороны, перспектива снова встретиться с папой и объяснять ему, почему я делаю прямо противоположное тому, что он мне велел, выглядит не сильно соблазнительнее.

К моменту, когда добегаю до дома Лекса, у меня от боли сводит ноги, пот льется в глаза. Я вбиваю код от гаража и молюсь, чтобы дверь поднималась быстрее. Надеюсь, Лекс и правда с отцом.

Как только дверь приподнимается достаточно, чтобы я смог проскочить под ней, взгляд падает на мотоцикл. Я выпрямляюсь, уставившись на свою красавицу. Она еще лучше, чем на фото. Я обхожу ее кругом, провожу по ней руками. Матово-черный корпус, остальные детали хромированные. На сиденье идеально поместимся мы с Мэй вдвоем.

Впервые за многие часы я улыбаюсь. Запихиваю сумку в отсек под сиденьем и устраиваюсь на мотоцикле, гладя руль. Я по уши влюблен. Она – моя. И если ориентироваться на условия нашего пари, то я ее заслужил до последнего винтика.

Я выкатываю мотоцикл из гаража, нажимаю кнопку, чтобы дверь закрылась, вставляю ключ в замок зажигания – и еду навстречу свободе.

Руки ноют от напряжения – я сжимаю руль так, будто смогу удержать контроль над собственной жизнью, если просто не ослаблю хватку. Я щурюсь, пробиваясь сквозь плотный туман, повисший между домами, глаза режет. Несусь обратно в Чайна-таун, вхожу в повороты слишком резко, представляя, что в любую секунду меня догонит отец.

Утренние автобусы с грохотом проезжают мимо, от них расходятся волны, которые задевают меня, пытаясь стряхнуть с мотоцикла. Земля подо мной будто дрожит. Я прибавляю газу и спустя пару минут так резко сворачиваю в переулок за магазином Гуо, что мне приходится выставить ногу, чтобы не упасть вместе с байком. Выругавшись, я выравниваю его, завожу за мусорный бак, глушу мотор и спрыгиваю.

Распахнув заднюю дверь магазина, я пробираюсь в темноте, огибая штабеля коробок, потом отшвыриваю бархатную занавеску и врываюсь в кухоньку Гуо, где они с Мэй сидят за столом.

Обе женщины вскидывают голову. Мэй прижимает руку к груди, потом закрывает глаза и выдыхает мое имя.