Книга По ту сторону любви, страница 19 – Эмили Кокс, Николь Аллен

Тело немного расслабляется, я откидываюсь на спинку стула и киваю.

— Я могу чем-то помочь?

— Так вышло, что да.

Детектив Миллер опирается локтями на край стола, и рубашка туго натягивается на плечах. Он изучает принесенную бумагу, а потом меняет положение и переводит взгляд на меня. Зеленые глаза. Не голубые.

— Сегодня утром Су Лин объявили пропавшей.

Сердце замирает, и я резко подаюсь вперед, прижимая ладонь к горлу. Голос звучит едва слышно:

— Папа сказал, она приболела…

— Детектив Миллер, доброе утро, – раздается голос баба у меня за спиной.

Миллер кидает взгляд поверх моей головы, а я оборачиваюсь. Баба направляется к нам, лавируя между столами, и мой собеседник встает ему навстречу. Они пожимают друг другу руки, но улыбка у баба такая натянутая, будто вот-вот превратится в оскал.

— Мэй Ли, – говорит он, глядя на меня сверху вниз, – пора. Иначе опоздаешь на автобус. – Голос у него, как сжатый кулак.

Я хватаю чистящее средство, тряпки и освобождаю ему свой стул, но баба остается стоять. Киваю детективу Миллеру и почти бегом несусь на кухню. Новость о Су Лин словно цепляется за ноги и тащится за мной, пока я хватаю рюкзак и вылетаю через заднюю дверь.

Что касается путешествий во времени: если бы ты мог выбрать один день, чтобы прожить его снова, – что это был бы за день?

Я бы, наверное, выбрала… что-то совсем недавнее. Пожалуй, прошлый вечер. Только без части с переулком – сразу к разговору на пожарной лестнице. Наш первый разговор. И он мне понравился.

Мэй

Не знал, что у той девчонки фиолетовые линзы. Или что та, которая вечно щеголяет в кроп-топах, красит веки синим. Раньше слишком отвлекался на пять сережек у нее в пупке. Я встречаюсь взглядом с каждой девушкой, идущей мне навстречу в коридоре между кабинетами химии и истории. Одна улыбается, но имени вспомнить не получается. Киваю ей и осматриваю толпу, заглядывая девушкам в глаза и пытаясь прочитать в них хоть что-нибудь. Пока – безуспешно.

Захожу в кабинет химии и протискиваюсь к своему месту. Тава поднимает взгляд от рюкзака, когда я плюхаюсь рядом и швыряю рюкзак на парту. Я смотрю на нее. Она улыбается. Глаза у нее зеленые, искрящиеся в свете люминесцентных ламп. Я не могу прочитать в них ни слова.

Расстегиваю рюкзак, ищу в нем папку по химии.

— Маркус, как дела?

Я смотрю ей в глаза целых три секунды. Ничего. Судя по всему, общаться взглядом умеет только Мэй.

— Привет. Все норм, – улыбаюсь я, достаю папку и шлепаю ее на стол. – А у тебя как?

Брови Тавы подпрыгивают, а на лице расплывается широкая, сияющая улыбка. Она искрится так же, как и ее глаза.

— Хочу уже сдать этот тест. – Она постукивает ручкой по папке, а потом поворачивается ко мне, облокотившись на стол. – Через шесть недель школа закончится. Как-то странно, да?

Ага. Выпускной. Университет. Но сначала – тест. Правда, домашка по химии меня мало волнует – в отличие от химии между мной и Мэй.

— Точно. Даже не верится.

Я достаю телефон и проверяю сообщения. От Мэй – ничего. Номер у нее есть, она уже сто раз могла мне написать. Но зачем ей это? У нее есть парень. Или нет? Я не вполне это уловил из ее слов.

Мистер Ломакс степенно вплывает в комнату, извиняясь за опоздание, – ждал, пока жена принесет его ноутбук.

— Миллер, телефон, – бурчит он, включая проектор.