Книга Плененная поневоле, страница 31 – Алекса Аверина

— Обещаю, не трону, иди. — смотрю на него. Не нравится мне все это. Но он всегда ведь обещания сдерживал, и нас этому учил. Ладно, оставлю их.

Выхожу дела решать, а внутри не спокойно. Впервые боюсь за абсолютно чужого мне человека. Я уверен, он сейчас наговорит ей жестокостей, не станет слова подбирать. Испугает ее, а она так слаба, так ранима сейчас.

Понимаю, что когда зайду в комнату, она плакать будет. Неизвестно, о чем он решил поговорить, а скорее, угрожать. Поэтому, быстро иду в кабинет с одной целью: поскорее разобраться с Багровым и вернуться в комнату. К ней.

Гости начали разъезжаться. Некоторым, которых встречаю по пути, пожимаю руку. Пытаются заговорить, но нет ни желания, ни времени с кем либо общаться. И я, не на секунду не могу отвлечься от мыслей о девчонке. Что там сейчас происходит?

Захожу в кабинет, весь как на иголках. В кресле сидит Юрий Константинович, весь раздраженный, а рядом стоит Диана в слезах.

— Здравствуй, Ренат.

— Добрый день. — пожимаем друг другу руки, и я сажусь напротив него, стараясь показать всем видом уверенность и спокойствие.

— Я так понимаю, сделка отменяется?

— Почему же? Я разве про это что-то говорил?

— Не говорил, сделал. У нас вроде уговор был, даты назначены, документы готовятся. И день свадьбы уже выбран.

— Ничего не изменилось. Я, со своей стороны, договор выполню. — отвечаю ему со всей хладнокровностью.

— Ренат, я уже не молод, мне некогда в игрушки играть. Хочу отойти от дел, и весь свой пакет акций передаю тебе лишь потому, что мы должны были стать одной семьей. Мне ведь не важно, я могу и другому продать.

— Юрий Константинович, вы знаете, я человек серьезный, от слов своих не отказываюсь. Мой брак, сейчас, лишь на бумаге. И к моменту настоящего брака, с девчонкой будет покончено.

Этот пакет акций, я должен получить любой ценой, чтобы стать главой нефтяной компании. Бизнес — это все, чем я жил, живу и буду жить. По головам пойду, женюсь на стерве, но добьюсь цели.

— Ты больно сделал Дианочке, как я могу тебе доверять? Ты же говорил, что любишь, и дочка в тебе души не чает, а ты так поступаешь…

— Мы сами с ней разберемся. Да, Диан? Свадьба будет и сделка состоится. Все это, не должно Вас волновать, уверяю. Это для дела, не более того.

— Какие у тебя могут быть дела с этой оборванкой? — вступает в разговор Диана.

— Ренат, я знаю вашу ситуацию, и знаю, чем все должно было закончится иначе. Но ты не завершил все как следует. Огорчил всех нас, особенно отца. И ты называешь себя серьезным? Я подумал и решил, что акции продам Беркутову. — подумал он, ага. Вижу я таких насквозь.

— Ну во-первых, наши семейные дела, вас пока не касаются. Во-вторых, раз не доверяете, то и свадьбы не будет. Прости, любимая. — и смотрю на нее, изображая сожаления.

«Любимая», слово, ничего не значащее для меня. Просто слово.

— Папочка, — бросается на отца. — Ну зачем ты так, я верю Ренату. Если говорит, что это ничего не значит, значит так и есть. Пожалуйста, пап, давай оставим все как есть? Я не смогу без него, я люблю его, не поступай так со мной. — ухмыляюсь.

Вот, вот то самое, чего я боюсь. Диана для Багрова слабое место. Ради нее он переступит через гордость и самоуважение. Она вертит им как хочет, а он и рад стараться потакать ее прихотям. В бизнесе не должно быть чувств, не должно быть слабых мест. Я знаю, он отдаст свои акции мне и только мне, лишь бы дочке угодить. Скучно. Не интересно.