Онлайн книга «Плененная поневоле»
|
— Я конечно не знаю, что у вас происходит наедине, но то, что он меняется, это слепому видно. Неужели, все всё видят. Неужели, я действительно стал таким уязвимым перед этой девочкой? Но сейчас, меня это ничуть не смущает. Лишь бы только верила ему! Прошу! Подпусти меня снова к себе! — Он за сестру не мстил, не поехал всех потрошить, а за тебя убил всех не моргнув и глазом. Я понял бы, если тебя бы убили. Но он это сделал, только лишь, потому что тебя трогали и на тебя смотрели! Да! Да! Да! Пусть знает! Пусть поверит, что она не пустое место! Ты же мое все! «Что вы от меня хотите?» — Я не изверг какой-то, семья всегда была для меня на первом месте. Если ты так влияешь на него, то я все усилия брошу, чтобы отец не тронул тебя. — Спасибо, брат, спасибо! — От гнева Рената много уже умерло и пострадало. Доиграется, сядет на пожизненное. Он только к тебе сейчас прислушивается. Изменишь его, обещаю, не трону твою сестру. Я впервые почувствовал, что хочу меняться. Ради нее хочу. Что же ты делаешь со мной, душа моя. Но зря про сестру! Она ее слабое место! Не хочу, чтобы из-за сестры она была со мной. Хочу дышать ее искренностью. «Как я его изменю? Я не понимаю» — Как ты его меняешь? Так и продолжай. Терпением, искренностью, телом. Или что ты там еще делаешь… Ничего она не делает. Эта мысль пробегает вперед ее ответа. «Я ничего не делала специально» Верю! Верю, родная. Не смею сомневаться в тебе. — Ну значит продолжай ничего не делать специально. Она успокаивается, и я вместе с нею. — И еще… Если он узнает, что я с тобой говорил, и рассказал про убийства, он мне башку снесет. Не расскажешь? — Да хватит уже… Можешь не продолжать. — а самому, все же интересно, расскажет ли мне все? «Я не умею обманывать». Улыбаюсь. Я знаю, что не обманет. Знаю. — И не надо. Просто не говори. «Вы правда сестру не тронете? Обещаете?» Смотрит на него умоляюще, с надеждой. Не переживай, я сам ему руки поотрываю, если вздумает тронуть сестру. Помню ее, взбалмошная, но милая девчушка. Как только, такой урод, как Фадеев, смог воспитать таких дочерей? — Если только Рената не сдашь и не предашь. То обещаю, и думать про нее не буду. — Нахуя манипулируешь? Вижу, руку к ней тянет. — Договор? «Договор». Договор, только лишь из-за сестры? Ну нахуя, Валид, блять. Все, пора закругляться. — Спроси еще про мать, что она у нее делала? И уходи. — Кстати, не расскажешь, что ты у матери делала? «Я... Я случайно зашла, когда кухню искала». Брови хмурю. Зачем ей кухня? — И случайно на колени ей легла? Просто хочу предупредить: жалость свою, по отношению к ней, показывать запрещено! От этого ей хуже только. Она такой же обычный человек. Киваю, согласен. «Нет, нет, все не так». Снова плакать начинает. Ну чего ты, маленькая? «Это не я ее жалела, а она меня». Говорит, слезы глотает. «Мне очень плохо тут, а она мне мою маму напомнила. Мне показалось, что она сочувствует мне, и поэтому, мне захотелось к ней прижаться» Почему я так нервничаю. Снова в груди кольнуло, от ее искренности. «Я ничего плохого не хотела сделать. Правда». Ей плохо тут. Я ее понимаю, как никого. В матери утешение искала, когда больно сделал. Смотрит на Валида. Этот взгляд. Я знаю его. Доверяет ему. — Уходи. Достаточно. И вижу, как он тянется к ее щеке. Эй, стоп! Она сейчас слишком уязвима, слишком доверчива, слишком открыта. Он с легкостью сейчас может ее спровоцировать на необратимые действия. Я же разнесу все к чертовой матери, если прижмется к нему! Если на поцелуй ответит, который по плану, должен быть. |