Книга Брат мужа. Порочные игры, страница 78 – Арина Арская

— А где отец?

— Нет отца, — смотрю на шторку, за которой спрятано гинекологическое кресло.

— Как нет? — усмехается. — Не ветром же задуло?

— Лучше бы ветром, — печально вздыхаю я.

— Обрадуешь ветерок, что он удачно тебе задул малыша?

— Нет.

Молчание. Врач шуршит оберткой и закидывает в рот леденец:

— Я советую сказать. Это было бы правильно, — причмокивает и настороженно шепчет, — или этот охламон тебя на аборт отправит?

Не дожидаясь моего ответа, зло бьет ладонью по столу:

— Только женщина решает! Ей рожать! Ишь ты! Какие мужики пошли нынче! Как удовольствие получить, так они первые, а как ответственность нести, так нос воротят! Бессовестные!

Да вот я не думаю, что Влад меня на аборт отправит. Это не в его характере. В его характере запереть меня до родов, а потом отобрать ребенка и выпнуть меня, потому что я ему надоела. Потому что я очередная шлюха, которой не повезло.

— Ну и пусть катится такой отец-молодец куда подальше! — зло машет рукой. — Ты сама справишься. Девка ты видная, найдешь еще нормального, который примет тебя и с ребенком.

Я вздыхаю. Да я с мужчинами теперь дел никаких не буду иметь. Все они какие-то с придурью и раздутым самомнением. И как я могла забыть о защите, когда Влада к себе подпустила? Где была моя голова? А у него? Как же я теперь буду? Ни работы, ни квартиры. Хорошо, хоть долгов нет.

Я знаю, что родители меня не выгонят. Возможно, мама даже обрадуется, однако мне совестно перед ними, поэтому план остается тот же. Ищу недорогую квартиру, работу… Я ведь хотела иначе. Радостное событие, о котором я мечтала, омрачено жестокой реальностью. Я буду матерью-одиночкой.

— Если хочется, поплачь, милая, — врач поддается в мою сторону. — И знаешь. Мы сильные. Мы храбрые. Мы… — опять бьет по столу, — мы с любым дерьмом справимся! Мы лишены роскоши распускать нюни! Да? Верно говорю?!

Я перевожу на нее взгляд и киваю.

— Вот! И ничего не бойся, — она одобрительно мне улыбается. — Ради малыша ты должна собрать всю волю в кулак и идти вперед с гордо поднятой головой.

Приподнимаю подбородок. Улыбается еще шире и машет на дверь:

— Вот теперь встала и пошла! Походкой от бедра!

И подчиняюсь зычному голосу. Если в меня гинеколог верит, то мне не о чем беспокоиться, но на крыльце поликлиники под промозглым ветром меня пробивает на несколько горячих слез, которые я торопливо вытираю с щек. Мне нельзя распускать нюни.

Да, я хотела иначе. Хотела, чтобы моя беременность случилась в счастливом браке. У меня в голове был заготовлен сценарий, как преподношу Павлу симпатичную коробочку, а в ней лежит тест на беременность, перевязанный милым атласным бантиком. Он сначала не понимает, а затем кружит меня по комнате и говорит о том, как он счастлив.

Наивные мечты, от которых меня жутко мутит. Так мутит, что меня выворачивает наизнанку в грязную урну на тротуаре. Мимо плывут редкие прохожие, переглядываются и шепотом предполагают, что я пьяная и как мне не стыдно среди бела дня пить.

— А мне нельзя теперь! — зло одергиваю рукава пальто и сердито топаю по тротуару. — И я бы с удовольствием сейчас налакалась.

Остро хочется уйти в запой, в котором меня оставят мысли о Владе и тревоги о будущем. Вот нажраться бы до поросячьего визга. Тогда меня отпустит обида и заявлюсь в отель к Владу, чтобы смачно плюнуть ему в лицо. И я с собой прихвачу вилку. Или даже позвоню Лидии и одолжу у нее плеть с железными шариками на длинных хвостиках.