Онлайн книга «Флорентийская блудница»
|
— Глаша! – крикнул он на весь дом. – Глаша, где ты? И пока прислуга бросилась искать Глафиру по дому, Сергей, не одеваясь, устремился во двор. * * * Он подхватил ее на руки в нескольких шагах от черной полыньи. — Глашенька, любимая моя! Да, что же ты делаешь?! – закричал Сергей. – Господи, да что же с тобой?! Он крепко сжал ее в объятиях. Пальцы ощутили горячее и мягкое тело супруги, прикрытое лишь тонкой тканью ночной сорочки. — Ты же простудишься! Что ты надумала!? – он тряс её за плечи, целовал в мокрое от слез лицо и прижимал к себе. – Господи, как я вовремя успел. Что ты надумала?! Грех-то какой… — Сереженька, отпусти меня! Я давно во грехе. Мне не место рядом с тобою, любимый. Я порочна. Я не хочу больше портить тебе жизнь. — Глаша, ты просто заболела. Немного захворала рассудком. Доктор сказал, что это нервы. Только нервы. Послеродовая меланхолия. Что ты поправишься. Как же я не углядел за тобой. Оставил тебя одну, – причитал он. – Если бы ни Петя, ты бы погибла, – сокрушался он. Он подхватил её на руки и потащил по снегу в сторону обледенелых деревянных ступеней. Через полчаса Глафира уже вновь лежала в своей кровати, укутанная с головой пуховым одеялом, а испуганная Наташа поила ее чаем с липовым цветом. Переодетый в сухое Сергей, хмурым голосом давал прислуге распоряжения: — Наташа и Руся, дежурить возле Глафиры Сергеевны по очереди. Глаз с неё не спускать ни минуты. Ни секунды! Вы слышали?! Все меня слышали? — Да, – нестройными голосами отвечала прислуга. — А вы, Ольга Александровна, поживите пока в нашем доме. Я прошу вас. — Конечно, – поспешно согласилась высокая и сухопарая Ольга Александровна. — До Рождества осталось несколько дней. Мне нужна ваша круглосуточная помощь. Ты, Тихон, запри на замки все двери, а ключ принеси мне. До отдельного моего распоряжения никто из дому не выходит. И не заходит. Кроме доктора. А я как раз поеду сейчас за ним. * * * Укутанная в одеяло Глафира, смотрела, не отрываясь, в одну точку и беззвучно шевелила губами. Заплаканная Наташа сидела рядом и, от избытка чувств и прошедших переживаний, гладила свою барыню по обнаженной руке. Время от времени в комнату заглядывала Руся и тихо интересовалась у Наташи, всё ли в порядке. — Еще принести чаю? – громким шепотом спрашивала Руся. — Нет, пока хватит, – шикала на нее Наталья. – Принеси винного уксуса. — Хватит вам шушукаться. Не надо меня уксусом натирать. — Да, я только тряпочку хотела смочить и на головку вам положить. — Не надо… — Ну, не надо, так не надо… В комнате вновь повисла тишина, прерываемая мерным тиканьем часов. Первой не выдержала Наталья. — Глафирушка Сергеевна, это что же вы такое удумали? – плачущим голосом спросила она. – Да, на кого бы вы нас оставили? Во-он Сергей Юрьевич аж с лица весь сошел. Горе-то какое… — Перестань, Наташа… – Глафира одернула руку и перевернулась на спину. – И без тебя тошно. И убери, наконец, от меня все эти одеяла и пуховые платки. Открой здесь лучше окна. Мне нечем дышать. — Да, как-же… – угрюмо огрызнулась горничная. – Фрамугу чуток приоткрою, а одеяло не уберу. Сергей Юрьевич не велел. Он сказал, чтобы я вас отогревала и чаем отпаивала. Вся мокрая, да на мороз выскочила. Это же надо… — Где он сам? — За дохтуром поехал. |